Анатолий Перминов
Анатолий Перминов

Накануне Всемирной недели космонавтики, которая проходит с 4 по 10 октября (в честь первого запуска спутника на орбиту 4 октября 1957 г.), в Праге состоялся Международный астронавтический конгресс, участие в котором приняли более 2,5 тысяч делегатов.

Российскую делегацию возглавил руководитель Федерального космического агентства Анатолий Перминов.

«Пражский телеграф» был единственным русскоязычным изданием Чехии, которое получило аккредитацию на этом конгрессе, и нам представилась уникальная возможность поговорить с теми людьми, которые раньше были строго засекречены, и об их существовании оставалось только догадываться.

С Анатолием Перминовым в Праге беседовала шеф-редактор издательства «Пражский телеграф» Наталья Судленкова.

Вам часто приходится участвовать в различных международных форумах. Чем этот конгресс отличается от остальных?

Этот конгресс понравился тем, что здесь присутствует большое количество студентов и молодых специалистов. Это очень здорово, потом что ощущается нехватка молодых специалистов. Причём это касается не только нас, а всех космических агентств, включая НАСА.

Во время пленарного заседания было видно, что Ваше выступление, во время которого прозвучала инициатива по внедрению ядерных двигателей на космических кораблях, вызвала бурю эмоций и интереса. Вы на это рассчитывали?

Все уже поняли, что российская инициатива по внедрению энергодвигательных установок на ядерной основе даёт огромное преимущество. И это направление обсуждаются везде, во всех космических агентствах.

Космос чем дальше, тем больше становится интернациональным. Это уже устойчивая тенденция либо временное явление?

Сегодня в выступлениях практически всех агентств превалирует идея о том, что решение космических программ, даже сугубо национальных, одной страной вряд ли осуществимо. Даже США отдельные проекты своими силами выполнять не могут, что уже давно подтверждено. Кстати, все страны-участники программы по Международной космической станции подтвердили решение правительств их государств о том, чтобы продлить срок эксплуатации МКС до 2020 года.

Как Вы считаете, какие технологические открытия могут стать основой для того, чтобы человек вышел в дальний космос?

Чтобы выйти в дальний космос, нужно увеличить скорость передвижения в дальнем космосе. А для этого нужны новые энергодвигательные установки, потому что на старых ракетных принципах, которые действуют и сегодня, невозможно достичь той скорости движения, которая бы нас устраивала.

Для достижения высоких скоростей нужно либо иметь тяжёлые огромные ракеты, которые человечество сейчас не в состоянии построить, либо переходить на новые двигатели. Большие ракеты всё равно будут затратными, так как для того, чтобы человеку обеспечить даже полёт до Марса, ему нужны десятки тонн воды, еды и т.д. То есть, вес самой ракеты получается настолько большим, что выполнить задачу по полёту просто невозможно.

И где же выход?

На сегодняшний день человечество не придумало ничего, кроме как использовать ядерные двигатели. В России был начат проект, посвящённый этой теме, ведутся опытно-конструкторские работы, в рамках которых изучается возможность использования ядерной энергии для передвижения в космосе.

А разве не опасно для людей передвигаться, по сути дела, на атомном реакторе? Ведь речь идёт о пилотируемых полётах…

Да, необходима защита от двигателя. Это достаточно сложно. Когда-то все эти вопросы тщательно прорабатывали ещё в Советском Союзе, и есть немало различных проектов в этом направлении. Достаточно выбрать за основу какой-то один из них и начинать двигаться вперёд уже на современной базе, на современных материалах, которых раньше не было. Я считаю, что это – достаточно ясная перспектива.

Можно ли предварительно сказать, какие возможности откроются для человечества с переходом на ядерные двигатели?

В данный момент понятно одно — сколько бы специалистов во вс ём мире в области ракетный двигателей на сегодняшний день ни трудилось, максимальный эффект, который мы получим в этой области, будет исчисляться долями процента. Из ракетных двигателей, грубо говоря, выжато всё, поэтому максимальное увеличение тяги и отдельного импульса просто бесперспективно.

Благодаря ядерным энергодвигательным установкам к Марсу и обратно можно будет слетать за два-четыре месяца вместо полутора-двух лет.

А силы человеческие не являются ограничением для дальних полётов?

Является, они всегда являлись ограничением. Мы постоянно ставим эксперименты, чтобы понять, где границы этих сил. Помню первые разговоры о том, чтобы мы по полгода работали на орбите. Кстати, представители НАСА не слишком поддерживали эту идею. Мы с большим трудом доказали, что человек может работать на орбите полгода, семь месяцев работать. Сейчас мы уже говорим о годе, о двух годах, но, конечно, человеческие возможности небезграничны. И я с вами согласен, что по этому критерию существует определённые ограничения. В конце концов, лететь до Марса полтора года или два — это не два месяца.

То есть, нас ещё многое отделяет от Марса?

У нас три огромные составляющие — скорость движения, энергетика и защита от радиации и сам человек. И эту проблему нужно решить, прежде чем лететь. Поэтому мы проводим наземный эксперимент «Марс-500», в рамках которого имитируется полёт на Марс. Как говорят некоторые простые люди, в закрытой бочке сидят определённого типа людей. Нам нужно узнать, могут ли они сидеть там и решать задачи одновременно или нет, вернётся человек из полуторагодичного заточения нормальным или нет.

И как проходит эксперимент?

Прошло105 суток, пока удовлетворительно. И китайца, и европейцы, и россияне полны решимости продолжить этот эксперимент дальше.

В космосе постоянно ставятся медицинские эксперименты. Есть ли практическая польза от них?

Только что мы обсуждали эксперимент по выращивания протеинов на МКС на новом японском лабораторном модуле. Уже доказано, что лекарство, которое получают потом из этих материалов, очень активно и способствует лечению туберкулёза. Мы и дальше будем продолжать эту работу по просьбе японской стороны. И таких примеров можно привести великое множество.

Сейчас Россия строит свой космодром на Дальнем Востоке. Что будет с Байконуром после того, как он будет построен?

Байконур – это территория Казахстана. Аренда космодрома предусмотрена до 2050 года. Лично я уверен, что Россия будет продолжать эксплуатировать данный космодром в той или иной степени, используя существующие ракетоносители — «Союзы» различных вариантов, «Зениты» и «Протоны».