Пётр Порошенко
Пётр Порошенко

Прошедшие на Украине выборы президента привлекли едва ли не большее внимание европейского сообщества, чем выборы в Европарламент, хотя, если разобраться, от работы Европарламента зависит будущее единой Европы, в то время как от Украины – если говорить отстранённо – сегодня мало что зависит.

Отчего же такой интерес?

Ответ, возможно, кроется в словах главы европейской комиссии Жозе Мануэл Баррозу, заявившего, что «Мы (читай – ЕС, – прим. редакции) поддерживаем законно избранное руководство Украины», и ключевые слова тут – «законно избранное». Всё-таки последние три месяца временное руководство страны «законно избранным» назвать было сложно. В Киеве произошёл кровавый государственный переворот, в подготовке которого практически открыто признался Госдепартамент США.

Законно избранный президент Виктор Янукович бежал – он теоретически мог быть отстранён от власти в ходе четырёх вполне законных процедур, из которых самой надёжной является импичмент. Однако ни одна из процедур не была задействована. Так что де-юре Виктор Янукович оставался законным главой государства Украина. Неловкая ситуация получалась.

Теперь же у страны есть «законно избранный» президент Пётр Порошенко, которого в качестве такового и Брюссель, и Вашингтон поспешили признать ещё до окончания подсчёта голосов. Словосочетания «законно избранный» вновь взято в кавычки не случайно. Во-первых, в цивилизованных государствах, к каковым причисляет себя и Украина, выборы не проводятся в состоянии гражданской войны, идущей на юго-востоке страны. Даже первая чеченская кампания в 1996 году была формально завершена до вторых выборов президента России.

Во-вторых, ни в одной цивилизованной стране на кандидатов не оказывалось такое давление, в том числе, физическое: прилюдное избиение народного кандидата Олега Царёва, старательно незамеченное в Европе – тому подтверждение. В-третьих, выборы были признаны состоявшимися, несмотря на многочисленные «карусели», «вбросы», поджоги участков и тот факт, что на 15 процентах территории Украины выборы по сути не проводились вообще. Более того: данные подсчёта голосов избирателей на 100 процентов совпали с данными экзит-пула, хотя такого до сих пор не случалось в мировой истории.

Невыносимая лёгкость обещаний

Пётр Порошенко уже делает президентские заявления (несмотря на то, что до инаугурации ещё несколько недель): сближение с ЕС, выход из СНГ, введение визового режима с Россией, никаких уступок в переговорах по газу и срочное завершение анти-террористической операции в Донбассе и на Луганщине. Пока что свершается только обещание по АТО: выборы были 25 мая, а уже 26-го Донбасс был залит кровью – кварталы Донецка бомбила фронтовая авиация Украины.

Что касается выхода из СНГ, то эта организация практически с самого начала была эфемерной заменой СССР, и членство в ней никого и ни к чему не обязывало. Визовый режим ударит скорее по Украине, чем по России, так как именно в России трудится около трёх миллионов украинских гастарбайтеров, которым, возможно, вскоре придётся получать рабочие визы и не чувствовать себя столь вольготно на территории родственного государства.

А вот Европа, открыв границы с Украиной, скорее проиграет: большая часть граждан страны ждет сближения с ЕС, прежде всего, для повышения собственного, личного благосостояния, и потом трудовых мигрантов с востока, который уже ничем не будет сдержан, обрушит рынки труда Восточной и Центральной Европы.

И обязательный вопрос: что ждёт саму Украину?.. Ведь фигура Порошенко не является чем-то новым на её политическом поле. Он был одним из создателей опальной ныне Партии Регионов, спонсировал и Кучму, и Ющенко, и Януковича, оплатил «оранжевую революцию» и информационное обеспечение Майдана. Чего ждать от этой фигуры на такой сложной шахматной доске, какой являлась и является Украина? На этот вопрос внятных ответов не дают даже политологи.

Одной левой

Тем не менее, пока всё выглядит многообещающим: ЕС санкционировал кредит в два миллиарда долларов, в каждое министерство «независимой» Украины войдут евро-представители (об этом заявил премьер Яценюк). А сам Пётр Порошенко готов отказаться от своих активов «шоколадного короля» и отдать все силы восстановлению Украины. С другой стороны – транш ЕС, возможно, уйдёт в Россию в счёт погашения газовых долгов: в отличие от Украины, в Европе понимают, что за газ платить надо.

Да и предыдущие 23 года судьба большей части кредитов была незавидна: деньги оседали на офшорных счетах украинских олигархов. Так, до сих пор непонятна судьба 200 миллиардов долларов, выделенных Украине Россией – с момента объявления первой «незалежности». Впрочем, куда пошли три миллиарда, выделенные в конце 2013 года той же Россией, тоже непонятно.

Сейчас украинские СМИ с гордостью пишут о том, что победа Петра Порошенко стала политическим поражением Владимира Путина. Возможно. Однако ни один из президентов Украины – даже Кучма и Янукович – никогда не проявляли пророссийских настроений. А о победе или поражении можно будет судить не раньше, чем украинская экономика выйдет из состояния 23-летней летаргии.

Тут уж лучше говорить о сути победы Порошенко: не оказалась бы она пирровой: Майдан ведь и не думает расходиться по домам, его жители твердят о продолжении революции, а в каждой палатке на площади Независимости – десятки стволов автоматического оружия. И уже раздаются вопросы: а за что боролись? Вроде хотели скинуть ненавистных олигархов – но добились лишь того, что один из них стал президентом.

И Порошенко уже угрожают новым майданом: если не выполнит предвыборных обещаний.

Дмитрий Семёнов

Опубликовано в газете «Пражский телеграф» №22/263

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя