Яромир Гавлик
Яромир Гавлик

В конце октября в честь 100-летнего юбилея со дня начала Первой Мировой войны в Праге впервые выступил уникальный Российский роговой оркестр. Отцом-создателем этого коллектива является чех Ян Антонин Мареш, который собрал и обучил коллектив музыкантов игре на роге ещё в XVIII веке в Санкт-Петербурге. Звучание хорошо знакомых произведений в необычном исполнении вызвали у публики неподдельный восторг, причём как у любителей, так и у профессионалов.

Выступления оркестры были организованы общественным объединением «За европейское мультикультурное общество» при поддержке министерства культуры РФ, Российского центра науки и культуры в Прагу, газеты «Пражский телеграф» и Центра российского гуманитарного образования в Праге.

Среди гостей вечера присутствовал также профессор-музыковед, заведующий кафедрой теории и истории музыки на Факультете музыки и танца Академии музыкальных искусств в Праге Яромир Гавлик.

Корреспондент «Пражского телеграфа» Ксения Кудрявцева побеседовала с ним о музыкотерапии, тренировке слуха и о великих композиторах.

Когда Вы начали заниматься музыкой?

Это было очень давно, в самом детстве.

Вы помните тот момент, когда Вы поняли: «Музыке я посвящу жизнь!»?

Я решил так, когда учился в средней школе. Ещё перед тем, как сдавать выпускные экзамены, я знал, что пойду изучать музыку в университет.

Что для Вас музыка – увлечение на всю жизнь или обычная профессия?

В первую очередь, для меня это профессия, так как я всю жизнь зарабатываю только этим. Но с другой стороны это – моё хобби, моя страсть – целая моя жизнь. Мне кажется, так должно быть с любой профессией, по крайней мере, мне бы хотелось, чтобы так было.

Между музыковедами, например, много хороших композиторов. Но однажды им пришлось сделать выбор между двумя профессиями. Как бы ни хотелось заниматься всем и сразу, сейчас сфера музыки настолько огромна, что охватить её одному человеку невозможно.

Это как с врачами или любой другой профессией, например, филология полна множества направлений…

Конечно. У каждого врача – определённая специализация, область, в которой прекрасно разбирается. Вы же не пойдёте к стоматологу с больными глазами или суставами. Несомненно, необходимо иметь общие знания по предмету, но заниматься нужно чем-то конкретным и быть в этом профессионалом. Так и в музыке.

Чем занимается, в таком случае, музыковед?

Музыковедение – это всё, что касается музыки. Начиная с физической акустики, где проходит граница с физикой, и заканчивая классическими музыкальными дисциплинами – теорией музыки, историей музыки, музыкальной психологией. Существует даже музыкотерапия – с её помощью можно вылечить некоторые типы неврозов.

Но об этом Вам подробнее расскажет как раз врач-специалист. В профессиональную сферу знаний музыковеда попадает и органология (Органология – учение о музыкальных инструментах. «Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка», Чудинов А.Н., 1910 г. – прим. ред.). Всё, что касается музыкальных инструментов – их история, материалы, создание.

Можно ли научить музыке кого угодно, или всё же необходимо иметь от природы слух и голос?

К сожалению, слуху научить нельзя, слух должен быть врождённым. Можно частично натренировать слух, но научить слышать – нельзя. Слух – это рождённый дар, кто-то его имеет, кто-то – нет.

Иметь хороший слух означает уметь активно музыку слушать и слышать, чисто петь. Если Вы хотите изучать музыку на профессиональном уровне, причём неважно, кем вы хотите стать – композитором, музыковедом или инструменталистом – слух иметь обязательно!

Как понять, есть ли у ребёнка слух?

Когда родители приводят детишек в музыкальные школы, хотят, чтобы их драгоценное чадо научилось играть на фортепиано или петь, с помощью простого теста с первой минуты становится понятно, есть ли у ребёнка музыкальные способности.

Достаточно попросить ребёнка спеть его любимую песенку или задать на фортепиано тональность и попросить повторить. Если ребёнок поёт чисто и ритмично – значит, у него есть слух, имеет смысл продолжать его развивать. Но есть детишки, которые повторить этого не могут, тогда родителям советуют попробовать найти у ребёнка другие таланты, например, к рисованию или рукоделию.

Развить слух, к сожалению, невозможно. Однако и человек без слуха может быть хорошим и внимательным слушателем. Ведь кто-то должен музыку написать, кто-то сыграть, а кто-то услышать.

И стать хорошим слушателем. Ведь Вы сказали, что можно натренировать слух?

Именно! И я скажу больше – слух нужно тренировать, нужно учиться слушать. Слушая что-то, вы автоматически сравниваете это с тем, что слышали до этого. То, что вы слушаете, не должно Вам нравиться с первой минуты. Вы можете влюбиться в музыку после того как послушаете её второй, третий, четвёртый, сотый раз.

В то время, когда я решил, что буду изучать музыку, я не мог слушать Стравинского. Его музыка казалась мне невыносимо современной, я практически испытывал физические муки, когда его слушал. Конечно, теперь всё изменилось. Стравинский – классик! Не только для меня, но и для многих других людей. Я научился его слушать.

Любую музыку можно научиться слушать?

Любую.

И современную, в которой, порой кажется, нет ни гармонии, ни души?

Конечно. Главное чтобы у Вас было желание и интерес. Прежде чем говорить, что это музыка плохая или хорошая, важно послушать её и попытаться понять. Многие априори настроены категорично по отношению к современной музыке, и это, на мой взгляд, неправильно. Я же не могу научиться говорить на чужом языке, если я не узнаю слов и грамматики.

Прослушивание современной музыки помогает понять музыку как таковую. Допустите в мыслях, что эта музыка тоже может быть хорошей и интересной для прослушивания.

Конечно, в большинстве своём на современную музыку ориентированы молодые люди. Людей моего возраста, которые такую музыку слушают, очень мало. Например, я – профессиональный музыковед – и да, я слушаю современные музыкальные произведения, потому что я хочу быть профессионалом в своём деле. Я должен это знать и уж тем более – ни в коем случае не осуждать её.

Творчество каких композиторов вы любите больше всего?

Об этом мы бы могли разговаривать до утра. В этом списке, наверное, практически все великие личности, которые вошли в музыкальную историю, начиная от Жоксена Депре и периода ренессанса, затем Клаудио Монтеверди, Бах и Вивальди в период барокко, конечно же – Гайдн, Моцарт, Бетховен в эпоху классицизма. Далее следуют «романтики» – Шопен, Шуман, Вагнер, Штраус, Майер.

И вот мы уже в двадцатом столетии и не можем не упомянуть Яначека или русских гениев – Прокофьева, Шестаковиа, Мясковского и множество других. В двадцатом веке была масса талантов в мире музыки. После Второй мировой войны его пополнили американцы, которые ранее черпали вдохновение в европейской музыке, а потом созрели до того, чтобы показать Европе что-то своё, особенное.

Недавно в Праге прошёл очень успешный концерт виртуозного Стива Райха. Стив, на мой взгляд, один из величайших современных американцев.

Существует такое понятие как «мёртвый язык». Можно ли подобный термин применить к музыке?

Нет, даже по ошибке. Музыка – это что-то абсолютно другое. Вот латынь – это мёртвый язык, который сейчас почти не используется, потому что её перестали использовать после краха Римской империи. Латыни не повезло, но на её месте возникли языки, которые с латынью очень схожи.

Почему мы называем этот язык мёртвым? Потому что на латыни учились в университетах, читали проповеди, писали книги, но на нём не говорили в таверне за кружкой пива. Это был язык литургии и науки. Музыка же ни в коем случае не может таким языком быть. Музыка – живой язык, быстрый и специфичный.

Мелодией можно выразить любые эмоции. Тихая спокойная мелодия – грусть. Быстрая, живая, ритмичная – волнение, нежная, неторопливая – спокойствие и наслаждение и так далее. В любом случае в каждом из нас она пробудит свои эмоции, воспоминания.

Какой Вы видите мировую музыку через 20 – 30 лет?

Я не думаю, что через два десятилетия что-то сильно изменится. Так же будет почитаться классическая музыка, так же будет возникать новая, ориентированная на новых слушателей. Самое главное – это то, что музыка будет всегда. Музыка существовала от начала веков и будет существовать.

Я не знаю ни одного человека, который бы не любил музыку и нуждался в постоянной абсолютной тишине. У всех есть любимая песня, вызывающая ассоциации с пережитым, каждый из нас порой напевает песни – кто-то тихо мурлычет себе под нос, кто-то поёт арии в душе. Не обязательно иметь голос, если поёт душа.

Фото из архива газеты «Пражский телеграф»

Опубликовано в газете «Пражский телеграф» №46/287

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя