Дмитрий Петров
Дмитрий Петров

Известный российский писатель и журналист Дмитрий Петров, автор биографических романов о таких людях, как Василий Аксёнов и Джон Кеннеди, – всегда званый гость фестиваля «Славянские традиции». На этот раз он представил свою новую книгу, стремительно набравшую популярность в России – «Рыжий принц Америки» о президенте США Джоне Кеннеди. О том, что именно заинтересовало русского писателя и журналиста в судьбе американского президента, каково это: иметь тёзку в профессии и бренде «Россия»  — с Дмитрием Петровым беседовала Ирина Силецкая.

Вы уже не первый раз стали гостем фестиваля «Славянские традиции». В прошлом году Вы представляли книги о Василии Аксёнове. Что Вы приготовили нам на этот раз?

Действительно, тогда я привёз две книги. Одна – из серии «Жизнь замечательных людей» –  «Аксёнов»; другая – проект издательства «Эксмо» — книга «Василий Аксёнов. Сентиментальное путешествие». В жизни этого прекрасного писателя многое связано с Прагой. Он здесь бывал не один раз. Всей душей любил Чехию. Верил, что «Пражская весна», «социализм с человеческим лицом» – это будущее Советского Союза. Крах этой иллюзии стал для Аксёнова страшной травмой. Но из его любви к Праге вырос его самый главный роман – «Ожог».

А вот президент Кеннеди здесь не бывал. И я решил, что и ему пора добраться до этого удивительного места. И привёз в ваш прекрасный город свою новую книгу «Джон Кеннеди. Рыжий принц Америки».

«Рыжего принца» широко обсуждают. Похоже, работая над ней, Вы изучали, в том числе, и труды Ленина. Как Вы их одолели? 

Всю свою жизнь Джон Кеннеди упорно и последовательно боролся с коммунизмом. С той политической практикой, которая во многом основана на трудах Маркса, Энгельса и Ленина. Кеннеди этих авторов внимательно изучал. Он хотел точно знать, с кем и с чем он имеет дело на таком сложном рынке, как международная политика и борьба социальных систем.

Я убеждён, что нельзя внятно написать о Кеннеди, оставив за скобками его оппонентов – и левых, и правых, и Никиту Хрущёва, и американских консерваторов и реакционеров. Вот и мне пришлось освежить в памяти то, что я когда-то осваивал и сдавал в советском пединституте, а потом – изучал в американском университете Джонс Хопкинс…

Признаться, работы Ильича, как и тексты консервативных политологов и идеологов капитализма, с которыми мне довелось работать, оказались вовсе  не так скучны, как могло бы показаться.

Почему Вы подобрали именно такое определение личности Кеннеди — принц?  

Причины три.

Первая: он и впрямь был принцем – в семейной империи своего отца – миллионера и политика Джозефа Кеннеди – соратника Рузвельта. Вождь клана относился к своим девяти детям не только как к наследникам, но и как исполнителям колоссального плана – «захвата Америки».

Сначала первая роль в этом проекте отводилась старшему из сыновей – Джо. Это он, по замыслу отца, должен был стать президентом США. А когда он героически погиб, защищая Британию от нацистов, роль перешла ко второму по возрасту – Джону. И хотя тот мечтал о карьере журналиста, отец твёрдой рукой направил его в политику. В начале — на жестокую битву за место в Конгрессе, потом — за кресло сенатора, ну и, в конце концов,  – за высший государственный пост США.

Причина вторая: у Джона были качества, необходимые королям: мудрость, твёрдость, ответственность, благородство, умение вести за собой людей. Их он ярко проявил на войне, когда, будучи раненным, он спас команду торпедного катера, которым командовал на Тихом океане. Он действовал так, как юные будущие короли – создатели первых династий, ведущие свои дружины. Так же он вёл себя и в политической борьбе, возглавляя команды соратников, которые звали себя Камелотом – рыцарями круглого стола, а его – королём Артуром. Без этого были бы невозможны никакие его триумфы. В том числе – и победа на президентских выборах 1960 года.

В том-то и дело – что на президентских, а не «королевских». В Штатах не может быть короля. Поэтому, зная о качествах и амбициях Джона, я дерзко произвёл его в принцы (следом за писателем Норманом Мейлером, сделавший это первым, правда – по другому случаю).

И, наконец, третья причина: его любви искали сотни великолепнейших красавиц. Они искренне хотели, чтобы он стал их «принцем» на белом (а пусть даже и  чёрном!)… — «Линкольне». И две красавицы добились его любви. Его жена Джеки, и  — Америка.

Среди качеств, близких Вам в Кеннеди – интерес и любовь к жизни, умение ей радоваться, азарт и отвага бойца, твёрдость в политике, сильная воля и при всём том – романтизм. Какие из них есть у Вас и какими Вы хотите обладать? 

Ну, добавьте ещё шалопайство и при том – трезвое, ясное видение реальности.

Что касается меня, то о моём шалопайстве лучше судить моей жене. А в остальном… Меня увлекает жизнь. То, что происходит вокруг – и в бытовой повседневности, и в политике, и в искусстве – необычайно захватывающе. Поэтому, как и Джон, я не устаю романтически радоваться жизни. Это прекрасная штука.

Вот бы ещё мне побольше сильной воли, дипломатичности и смелости…

Жизнь Кеннеди была во многом определена его отцом. А какую роль сыграли родители в Вашей судьбе? 

Огромную. Прежде всего, они привили мне тягу к творчеству. Я всегда знал и чувствовал: они здесь, рядом. И на военной службе. И в журналистских и прочих житейских передрягах. Я это чувствую и теперь. Слава Богу – родители живы.

Похоже, я не во всём оправдал их надежды (отец хотел, чтобы я стал военным). Но – опять же, слава Богу, – очевидно, в чём-то я эти надежды превзошёл…

Главное, что они никогда не мешали моему выбору пути. Это – и их, и моя победа. Я их от всего сердца благодарю и низко кланяюсь.

Читая о Вас в Сети, я наткнулась на Вашего тёзку — Дмитрия Петрова, известного полиглота и переводчика. Как у Вас складываются отношения с иностранными языками? 

 Дмитрий Петров – удивительно одарённый человек. Я рад, что у меня такой тёзка. Но, увы, – порой нас путают. Однажды даже приписали ему в Сети авторство «Рыжего принца». Я отношусь к таким вещам с юмором, а к тёзке – с уважением.

Дмитрий — способный педагог. Я бы с радостью поучился у него чешскому. Да, признаться, и английский никогда не поздно совершенствовать. Хотя я свободно пишу, читаю и говорю на этом языке.

Почему Россия – это бренд?

Приятно, что Вы знаете мои лекции на тему «Бренд Россия». И спасибо за этот вопрос. Но на него не ответишь в двух-трёх словах.

Давайте поглядим на страны, как на фирмы, корпорации, имена которых – это одновременно и названия того, что они дают миру. Все знают: «Пильзен» – не только марка вкусного и полезного напитка, но и компания, и даже город…  И, любя эту марку, платят не только за пиво, но и за имя поставщика. И его популярность во многом определяет, в том числе, и цену продукта.

Россия и любая другая страна, как и компания, живут и действуют на огромном рынке. У одних это выходит хуже, у других – лучше. Успех не всегда зависит от размеров, числа жителей, количества лесов, полей и рек, оружия и ископаемых.

Сегодня успешны те, чей бренд сильнее. А бренд – по большому счёту – это чувства, которые питают люди к участникам рынка: неуважение и уважение, недоверие и доверие, нелюбовь и любовь.

Отсутствие бренда – это равнодушие. Но мир не равнодушен к России. В чём же задача? Я вижу её в том, чтобы помогать миру питать к нашей стране всё более добрые чувства. Будет это или нет – зависит, в первую очередь, от страны. Но я хочу, чтобы мы делали «бренд Россия» всё сильнее и позитивнее. Чтобы мир не боялся «русского медведя», а, доверяя, любил прекрасную, мудрую, щедрую и добрую Россию.

Кем Вам живётся органичнее – писателем или журналистом?

Совмещать эти роли не так сложно. Так артисты – играют и в большом кино, и в сериалах… Жанры и форматы разные, а суть – одна: ты работаешь с образами своих героев, со словом и с душой твоей аудитории. 

Какой журналист может стать писателем?

Тот, у которого хватит сил написать книги.  Я бы не хотел давать советы, типа: сделай то-то и то-то и будешь писателем.  Иногда мне кажется, что любой. А порой, что – нет.

Скорее, чтобы стать писателем, журналисту, кроме таланта, нужна отвага. Ты должен быть готов потратить кучу времени и сил на большую вещь. Уметь найти свою тему и издателя, да ещё убедить его, что выпустить надо именно эту – твою – книгу. Ты должен быть готов, что книга не «пойдёт» – продастся плохо. И всё равно  работать. А ещё знать: мир полон интереснейших людей и увлекательнейших историй. И их стоит рассказать.

А главное, как говорил Василий Аксёнов: всегда надо писать. Писать свою жизнь.

Фото с сайта art16.ru

Опубликовано в газете «Пражский телеграф» №3/296

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя