Петр Гайек
Петр Гайек

Петр Гайек – журналист, успешный писатель, политик. Какова цена многолетней работы «на Граде» и как видится сегодняшнее положение в страны корреспонденту «Пражского телеграфа» эксклюзивно рассказал бывший пресс-секретарь президента ЧР Вацлава Клауса и бывший заместитель главы администрации президента в области коммуникации и культуры, писатель и журналист Петр Гайек.

В спокойной и сдержанной атмосфере квартиры-офиса в самом сердце Праги гостеприимный хозяин вёл себя весьма любезно и открыто. Мы пили чай (а как оказалось, Петр Гайек– большой ценитель элитных китайских сортов), и хозяин не отрывался от сигарет… Разговор шёл, казалось бы, по условно намеченному сценарию – о становлении, работе, политике. Однако постепенно стандартная беседа плавно перетекла в экзистенциальные размышления о смысле бытия, психологических и нравственных аспектах веры, религии и власти, вскрывая глубинные пласты интереснейшей и многогранной личности.

Литераторские истоки

Петр Гайек родился в семье известного чешского публициста Йиржи Гайека (1919 – 1994), который был шеф-редактором таких популярных чехословацких изданий, как «Plamen» и «Tvorba». Мальчик рос в творческой и интеллектуальной атмосфере, впитывая все передовые взгляды, веяния и тенденции в области политики, образования и культуры. «Мой отец основал в начале 60-х тот самый журнал «Plamen», который к концу десятилетия имел большое значение и влияние, особенно во время Пражской весны, – вспоминает Петр Гайек. – Я вырос в семье литератора, человека, которым во многом восхищался, но никогда не разделял с ним его коммунистических взглядов. Мы с отцом частенько беседовали на эти темы, даже спорили».

В этом бурном возрасте взросления Петр Гайек застал 68-й год, когда всё было достаточно сложно. В начале 70-х после окончания гимназии он попал в армию. «Уже во время армейской службы я публиковал различные рассказы, а после неё устроился в редакцию журнала «Československý voják». Потом продолжил обучение сценаристке и драматургии в Академии искусств (FAMU), потому что свою жизнь хотел в то время посвятить кинематографу», – рассказывает Петр Гайек.

Но вместо карьеры в кино молодой и талантливый студент начал писать. Первая книга у общественности сразу же вызвала негодование, потому что она включала политический рассказ «Эмиграция». Из-за публикации этого произведения и отцу, и сыну пришлось несладко: «Мой отец её издал в журнале «Tvorba», которым в то время руководил. Рассказ был о детях родителей, у которых возникали трудности с социализацией после 1968-го года. Тема, в общем, достаточно щекотливая для того времени, поэтому проблемы были и у меня, и у отца».

Тем не менее, молодой и перспективный публицист устроился в 1974 году работать в журнал «Květy», где первоначально занимался преимущественно вопросами культуры, а позже работал в отделе внутренней политики, где занимал должность руководителя с 1982 года. «В этом журнале я проработал до переворота 1989 года. Между тем я издавал новые книги, среди которых несколько романов, несколько книг в жанре литературы факта, которые на тот момент имели невероятные тиражи – примерно в 120 тысяч экземпляров, – рассказывает Петр Гайек. – С моим отцом на протяжении всего этого времени я немного продолжал «воевать» по поводу различия наших взглядов, но это была тихая война. С этим мы никогда не выступали «на людях» и не выносили на обозрение. Он, скорее, принимал на себя от общественности удары, которые должны были принадлежать мне».

Две дороги

В 80-е годы жизнь молодого публициста шла в гору: он много работал, писал, руководил. Но резко повернуть жизнь в иное русло, и изменить своё мировоззрение его подтолкнули события, которые он считает поистине судьбоносными.

«В начале 80-х я очень серьёзно увлекался восточными религиями. Меня интересовал ламаизм, буддийские направления. Я хотел прикоснуться к этому чуду. Проблема была в том, что я ни разу на тот момент не выезжал за пределы страны. Не был даже в Югославии! И тут в 1984 году меня посетила безумная идея: ведь можно совершить тайное путешествие в Восточную Сибирь в Бурятию в священный дацан, а официальной причиной для ведомств назвать профессиональную командировку в Москву, – с интересом рассказывает Петр Гайек.

– На это у меня было три недели. В то время всё было строго, у власти находился Черненко: время перемен, без бумажки – никуда. После скитаний и знакомств в новосибирском Академгородке я всё-таки добрался до Бурятии. А там с помощью одного случайного знакомого доехал до священного дацана. В нём я провёл несколько дней. Мне было безумно интересно, но внутри я почувствовал пустоту. И неожиданно для себя осознал: буддизм и загадочная восточная религия, которой я грезил – вовсе не то, что нужно мой душе. Это внутреннее открытие меня просто поразило. После чего я вернулся в Чехословакию и спокойно продолжил работу в издании».

Второе важное событие произошло с Петром Гайеком спустя три года: «Через знакомых студентов мне удалось оформить приглашение в Америку, где я безумно хотел побывать и, скорее всего, остаться. Я купил билет, взял отпуск на три месяца по поводу того, что пишу книгу. Сначала мне отказали в визе, но потом всё-таки дали, после того как моя мама (единственный человек, знавший о поездке) убедила консула в том, что я вернусь на родину».

В Америке молодой человек провёл несколько месяцев, много путешествовал на автомобиле. «Однажды я подъехал к заправке на типичном американском перекрёстке. Там в магазинчике хотел купить себе что-то перекусить, – вспоминает Гайек. – А для начала поздоровался с продавщицей уставшим тоном: «Привет». На что она мне ответила: «Что это значит? Нужно говорить: «Привет!!!», – и изобразила натянутую улыбку. Недолго думая, я пробормотал, что буду здороваться так, как хочу. На что она мне ответила: «Ты прав. Говори, как хочешь. Ты в Америке!»

Это был 1987 год. Рейгановская Америка. Я молча вышел на перекрёсток, и меня как током ударило осознание: в первый и в последний раз я пережил настоящую свободу. В Америке я делал что хотел, думал что хотел! Никто не верил, что я вернусь. Да я и сам не верил… Но сердце просилось обратно. Когда меня в аэропорту спросили: «Вы понимаете, что если переступите эту черту, то вернётесь в коммунистический ад и уже не попадёте обратно в Америку?..» На что я ответил: «Я еду не в коммунистический ад – я возвращаюсь домой».

Судьбоносная встреча

В конце 80-х политические тучи начали сгущаться. «В то время я участвовал в протестных течениях 88-го года и перевороте в нашей стране. Да, я говорю именно перевороте, потому что знаю, что это была вовсе не бархатная революция – это были совместные действия советских и американских спецслужб, – объясняет свою точку зрения Петр Гайек. – Первое, что я сделал тогда, – ушёл из журнала «Květy» и в начале 1990 года стал сооснователем и шеф-редактором еженедельника «Reflex». Тогда всё получалось. Также я организовал Независимое содружество журналистов как ответ официальному Союзу журналистов, поэтому в дальнейшем у меня случались всё новые и новые конфликты с правящей властью, так называемой Гавел и Ко».

Чуть позже Петр Гайек познакомился с Вацлавом Клаусом, бывшим в ту пору министром финансов. По долгу службы и собственному интересу Гайек отправился брать интервью к Клаусу для своего издания. «Да, наверное, эта встреча – третье поворотное событие в моей жизни. В то время шла американская кампания в Персидском заливе. 1991 год. Это была первая в истории телевизионная война, где американцы бомбили в прямом эфире. Я, как и все, смотрел CNN и решил узнать мнение о происходящем у Вацлава Клауса. В течение разговора я не переставлял удивляться: министр высказывал о мировых и внутренних событиях абсолютно нетипичное мнение, умное, взвешенное, а главное – чётко аргументированное. Мы с ним долго разговаривали, а потом я вышел от него с целым списком книг, которые должен был ещё прочитать», – вспоминает Петр Гайек.

Это, собственно, и стало началом совместной работы Гайека с Клаусом. Спустя некоторое время по ряду причин из своего журнала редактор ушёл, начал работать в рекламных агентствах, а одно из них основал. В это время СМИ его сильно занимали, но работой это не ограничивалось: «Меня интересовала философия СМИ, психологическое влияние, их сила. Весной 1998 года на фоне многих политических перипетий и перестановок мы с Клаусом решили участвовать в предвыборной гонке. Когда мы пришли, партия ODS имела 8 %, а когда кампания закончилась, стало 28 %».

Потом в 2002 году Клаус решил выйти из предвыборной гонки и после некоторых неудач снять свою кандидатуру, но его команда уговорила его участвовать в президентской предвыборной кампании. «Это выглядело абсурдно, но нам повезло, – вспоминает Петр Гайек, – После того как кампания закончилась, мы пошли на встречу с ним и ещё несколькими приближёнными. Он нам сказал: «Я вам задам вопрос, но ответить вы должны прямо сейчас. Нет времени на размышление. Кто из Вас идёт со мной на Град?» Когда очередь дошла до меня, я был уверен, что скажу «нет». Но сказал «да». И не пожалел. Я провёл там 10 лет».

Когда совместная работа была окончена, Петр Гайек понял, что хочет заниматься собственным проектом, и основал в 2013 году своё новое интернет-издание «Protiproud» – место для альтернативных мнений о событиях в политике и культуре.

Отношения с Клаусом

«Какие отношения с Вацлавом Клаусом? Ну как вам сказать… В позиции подчинённого работать с ним весьма непросто – это как рядом с атомной электростанцией. В любой момент он может нагреться и может произойти страшная авария, которая вас уничтожит. И так постоянно. Нужно носить с собой какой-то «счётчик Гейгера» – он предупреждать хоть будет, – смеётся бывший пресс-секретарь президента. – Но в то же время этот реактор производит огромнейшую силу и энергию. Были сотрудники электростанции, которые не выдержали такой работы, а их, кстати, большинство. Я изначально знал о таком темпераменте будущего президента, но в то же время понимал, что этот человек уникален и обладает такими амбициями и харизмой, которые могут изменить ту печальную реальность, в которой мы тогда находились».

«Мы были партнёрами, приятелями, проводили очень много времени в работе, особенно когда я писал книгу-интервью о нём под названием «Narovinu» (2001). Плюс я 10 лет проработал его сотрудником. Это на самом деле очень тяжело – быть сотрудником Вацлава Клауса. Это круглосуточная служба. Особенно когда ты ещё пресс-секретарь и медийная личность – это ужасно. Опыт просто невероятный! Никогда и нигде я бы не прошел такую школу жизни, как в работе с Вацлавом Клаусом, – с толикой гордости объясняет Гайек.

– Никогда бы столько не узнал о политическом закулисье, никогда бы не посетил столько стран и не пережил бы столько вещей. Однако цена за это была достаточно высокой, потому что с Клаусом всё время было напряжённо. Его ближнее окружение составляло всего несколько человек. Мы спорили, кричали, уходили, возвращались. Определённо, я никогда не был только его другом, а он моим, не были мы и только коллегами, только приятелями, только единомышленниками. Мы были чем-то другим. Я не знаю такого термина и по сегодняшний день не знаю. Это были отношения большого взаимного доверия, лояльности. Вацлав Клаус – тип политика, который с удовольствием советуется. Это, безусловно, отличает его от Земана. Клаус выслушивал все оппозиционные мнения, а потом принимал решения с учётом нескольких сторон».

Клаус – уникальный случай, который уже не повторится. Его борьба с Европейским Союзом была просто драматической. «За те 10 лет мы пережили невероятное давление. Одно Лиссабонское соглашение чего стоит! – вспоминает Петр Гайек. – Клаус – это человек, который сделал для своей страны то, что она сейчас даже оценить пока не может. И то, что всё закончилось небольшим «поражением», вовсе не означает конца. Это всего лишь битва… в борьбе за человеческие свободы и достоинство, которые играли для Клауса концептуальную роль».

Окончание читайте в следующем номере ПТ (№8(352).

Фото: protiproud.parlamentnilisty.cz

Опубликовано в газете «Пражский телеграф» №7/351

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя