Есть ли жизнь после эмбарго?
Есть ли жизнь после эмбарго?

Ущерб от российских контрсанкций для экономики западных стран является несущественным. К такому выводу пришли эксперты Института Гайдара, РАНХиГС при президенте России и Всероссийской академии внешней торговли Минэкономразвития. Выводы специалистов основаны на данных Eurostat и базы ООН Comtrade. В Чехии, правда, своя статистика.

Запрет на импорт сельскохозяйственных товаров из стран, которые объявили санкции в отношении России в связи с кризисом вокруг Украины, был введён указом Владимира Путина 6 августа 2014 года.

По прошествии двух лет уже можно подвести предварительные итоги действия антисанкций и их последствий как для России, так и для Европы. «Случаи, когда сокращение поставок в Россию привело бы к значительному падению объёмов экспорта «санкционных» стран, единичны. Более того, по масштабам нанесенного экономического ущерба незначительны», — следует из публикации. Там указывается, что в некоторых странах за последние два года показатели экспорта упали, однако это связано не с российским эмбарго, а с общим падением показателей вывоза продукции за рубеж.

Чехия и антисанкции

По отдельным странам эта статистика существенно отличается от средней по Евросоюзу, подчёркивают эксперты. Утверждать, что Европа вообще не почувствовала на себе эффект эмбарго, неправильно. Это касается и чешских фермеров.

Напомним, что РФ, несмотря на санкции и девальвацию рубля, остаётся одним из крупнейших рынков для чешского сельского хозяйства за пределами ЕС. В 2015 году экспорт из ЧР в России достиг 2 млрд крон. Как сообщили «Пражскому телеграфу» в Продуктовой палате ЧР, этот показатель за последние 12 месяцев сократился более чем на 38%.

Экспорт аграрной продукции в РФ

2011                    1,87 млрд крон

2012     +18 %     2,21 млрд крон

2013     +11 %     2,45 млрд крон

2014     +21 %     2,96 млрд крон

2015      -38 %    1,89 млрд крон

Источник: Продуктовая палата ЧР

Больше всего в результате сокращения чешско-российской торговли пострадала сельскохозяйственная отрасль Чехии. «С проблемой реализации своей продукции столкнулись не только те компании, на товары которых распространяется российское эмбарго. 2015 год стал одним из худших в истории взаимной торговли двух стран, притом что ещё в 2014 г. экспорт продовольствия в РФ увечился на несколько десятков процентов», — констатировала в беседе с ПТ пресс-секретарь Продуктовой палаты Дана Вечержова.

Главными жертвами, по словам Вечержовой, стали компании молочной и мясной индустрии, где цены за последний год снизились более чем на 20%. «Не последнюю роль в этом сыграл отказ Москвы от импортного продовольствия, а также переориентация европейских производителей на внутренний рынок», — отмечает она.

К пострадавшим относится и компания Madeta, поставившая в 2013 году в РФ более 1,5 тысяч тонн продукции. По мнению генерального директора Madeta Милана Теплы, часть российского рынка для его компании была безвозвратно потеряна. «Вернуть его после отмены санкций представляется проблематичным, поскольку туда, скорее всего, придут другие европейские производители. В Европейском Союзе отнюдь не все равны», — отметил Теплы.

Об убытках чешских производителей сельскохозяйственной продукции заявил и председатель Овощного союза Чехии и Моравии Ярослав Земан. Он, в частности, сообщил, что их размер уже превысил 300 миллионов крон. О подобных проблемах рассказал и Мартин Лудвик, председатель Фруктового союза ЧР.

«Мы работаем на едином европейском рынке, а потому российский запрет, скажем, на импорт польских яблок стал причиной значительного падения их стоимости и резкого увеличения конкуренции в Чехии», — рассказал он в интервью изданию iDnes.cz.

Помимо убытков, чешские предприниматели жалуются и на отсутствие внятной стратегии властей по поиску альтернативных рынков сбыта. «Дополнительное размещение чешской продукции в Европе практически исключено ввиду перенасыщенности рынка и недостаточной политической и финансовой поддержки со стороны государства», — говорит Дана Вечержова.

Вторит ей Франтишек Котрба: «Помимо Чехии, в поисках нового рынка находятся европейские и североамериканские производители, которые к тому же имеют конкурентное преимущество по сравнению с ЧР в виде более солидных стартовых позиций и знаний местных реалий».

С надеждой на лучшие времена

Способствовать восстановлению докризисных объёмов российско-чешской торговли может недавнее решение российского правительства ослабить режим продуктового эмбарго. Оно коснулось продуктов, которые используются для производства детского питания. Из-под запрета выведены мясо домашней птицы и мороженая говядина, а также сушёные и замороженные овощи.

То, что завозимые в Россию продукты предназначены именно для детей, импортёрам нужно будет доказывать – порядок подтверждения целевого назначения должно разработать Министерство сельского хозяйства РФ. Оно же определит и допустимые объёмы ввоза выведенных из-под контрсанкций продуктов.

Ослабление эмбарго предсказуемо стало одной из самых обсуждаемых тем в Чехии. Но несмотря на то, что решение России смягчить эмбарго станет «шагом вперёд» с точки зрения открытия рынка, коренных изменений в этой области ждать не стоит. Впрочем, ряд компаний, безусловно, выиграет от отмены ограничений, утверждают эксперты и участники рынка.

В их число входит чешская фирма Hamé, производящая долгохранящиеся и охлаждённые продукты, в том числе детское питание. В РФ компания работает с середины 90-х гг. (в 2004 году было открыто собственное производство во Владимире), причём на российском рынке Hamé реализует около 10% своей продукции.

Несмотря на напряжённую ситуацию, Hamé работает в России очень успешно и даже расширила в 2015 году штат сотрудников российского завода. Однако к нынешним изменениям правил ввоза продовольственной продукции в компании отнеслись с осторожностью. «Сначала нужно выяснить новые условия, и только потом можно будет говорить об их влиянии на бизнес. Также пока неясно, какие конкретно требования будут применяться к продукции этого типа», — говорится в ответе Hamé на запрос «Пражского телеграфа».

Фото: www.pixabay.com

Опубликовано в газете «Пражский телеграф» №38/382

comments powered by HyperComments