Молодая российская писательница Гузель Яхина, сегодня уже известная во многих странах мира, свою книгу «Зулейха открывает глаза» начинала писать как киносценарий. Но, к сожалению, не нашла желающих начать с ним работать, и роман «ушёл в народ». Книга, изданная в 2015 году, буквально покорила читателя и теперь уже вызвала огромный интерес у режиссёров. Сейчас идёт подготовка к съёмкам фильма по роману писательницы, книга переведена на многие языки, а Гузель Яхина в октябре приезжает в Чехию, чтобы и здесь в рамках встреч и лекций в университетах познакомиться со своими читателями и ответить на их вопросы. Корреспондент ПТ Ирина Кудимова поговорила с Гузель о романе, о героине – маленьком человеке, ставшем интересным сотням тысяч людей.

Фото: www.lecourrierderussie.ru

Должна признаться, Гузель, Ваш диапазон способностей поражает. Вы окончили художественную школу, у Вас за плечами факультет иностранных языков, потом занялись, причём успешно, рекламой. Написали замечательную книгу, и теперь ещё кино.

На каждом жизненном этапе хочется попробовать что-то новое. Моей страстью всегда было кино – и роман «Зулейха открывает глаза» родился как киносценарий. Если бы в своё время тот сценарий купили для производства, возможно, и роман не был бы написан.

Как долго шёл процесс от зарождения до написания?

Два года я начитывала материал, погружалась в тему, собиралась с мыслями и пыталась писать текст – однако история не выстраивалась. Информации было проглочено слишком много, герои теснились в голове, как и ситуации, и сцены, и сюжетные повороты. Пришлось пойти учиться в киношколу на сценарный факультет, чтобы овладеть азами искусства строить истории. И только после этого – написав на первом курсе обучения сценарий полнометражного фильма «Зулейха…» и создав таким образом сюжетный скелет, удалось простроить внятную историю. По готовому сценарию литературный текст был написан быстро – за восемь месяцев.

Что для Вас было важно при написании романа, события которого, казалось бы, разворачивались в другой эпохе?

После написания романа мы провели так называемый «факт-чекинг»: специалист-историк вычитал рукопись на предмет выявления каких-то неточностей, но не нашел каких-то грубых ошибок. Главным источником материала для написания романа были воспоминания раскулаченных и прошедших через ГУЛАГ. Прочитав много таких мемуаров, я осознала, как много общего было в судьбах миллионов раскулаченных. Мемуары дают возможность посмотреть на определённое время и исторические события «изнутри», почувствовать это время. А взгляд «снаружи» – это, конечно, научные работы и диссертации, их также прочитала много. Сегодня этот материал можно найти в интернете в электронных библиотеках.

Там Вы почерпнули знания о предметах быта, давно забытых, которые сегодня только в музеях можно увидеть?

Во что одевались, из чего пили и ели, из каких ружей стреляли, какими инструментами обрабатывали землю – всё это было очень важно для меня, потому что эти детали придают тексту достоверность. Чтобы попытаться понять, к примеру, как себя ощущали люди в вагонах для скота во время транспортировки их в Сибирь, я поехала в Музей железнодорожного транспорта под открытым небом. Долго стояла там перед телячьим вагоном, представляла, как это – ехать в этих досках битком. Тесное узкое пространство, маленькое оконце, мутные лампы, света хватает только на то, чтобы едва разглядеть друг друга, крошечная буржуйка посередине…

Каким был путь до опубликования написанной книги?

Пройдя через все полагающиеся начинающему автору отказы, я по счастливому стечению обстоятельств познакомилась с коллегами из литературного агентства – и мы стали сотрудничать. Когда за дело взялись профессионалы, дело пошло быстро – буквально за несколько недель был заключён договор с издательством.

Ваша история основана на реальной судьбе?

Нет, это судьба миллионов людей. В январе 1930 года в СССР началась масштабная кампания против зажиточного крестьянства – у людей отнимали собственность и выселяли в дальние, необжитые районы Советского Союза: в Сибирь, на Север, в Казахстан, на Алтай. Мой роман – об этих событиях. Они коснулись всего крестьянства СССР: 3 миллиона людей были раскулачены, 6 миллионов прошли через так называемые «трудовые поселения» (специальные посёлки для ссыльных). Одной из этих шести миллионов была моя бабушка. В январе 1930 года раскулачили её родителей, ей самой было тогда 7 лет. Повезли по маршруту: из деревни в город Казань на лошадях, потом очень долго по железной дороге в Красноярск, а дальше по Енисею на Ангару.

С бабушки Вы не могли писать образ Зулейхи: она ведь была ребёнком…

Моя героиня мало чем похожа на бабушку. Бабушка отправилась в Сибирь маленькой девочкой, там выросла и сформировалась. Мне же гораздо интереснее было рассказать о том, как меняется уже взрослая женщина – в начале романа героине Зулейхе уже 30 лет. Из жизни бабушки я взяла временной период (1930–1946 годы) и маршрут: деревня – Казань – Красноярск – река Ангара – глухое место в тайге, куда людей выбросили без средств к существованию. Бабушка провела в сибирской ссылке всё своё детство и юность. Там закончила педагогический техникум и только в 1946 году вернулась в родную деревню. Пошла преподавать русский язык в начальных классах; познакомилась с дедушкой, он был учителем немецкого языка и директором школы. И тогда началась третья жизнь бабушки: первая — до ссылки в деревне, вторая — в Сибири, третья — мирная, где были дети, внуки, благодарные ученики…

Невидимый и жёсткий «скелет» романа составлен из конкретных исторических реалий. Самое сложное при написании текста было наложить личные истории героев на этот «скелет». Конечно, в романе есть и творческий вымысел – всё-таки это художественное произведение, а не учебник истории.

То, как может человек выживать в совершенно нечеловеческих условиях, когда без инструментов и средств к существованию, почти как на необитаемом острове, подгоняемые зимой, люди создают новый посёлок – это одновременно и учебник истории и инструкция по выживанию.

Первым и главным источником – даже не информации, а вдохновения – при написании романа были для меня воспоминания бабушки о сибирской ссылке. Она многое рассказывала. О том, как переселенцев высадили на берегу Ангары, в глухой тайге – с приказом строить посёлок. Как истощённые люди копали землянки и жили в них. Умирали. Боялись идти в лазарет и принимать прописанные лекарства – ходили упорные слухи, что медперсоналу дано указание уничтожить всех детей в поселке. Как зацветали весной цветы. Как собирали морошку в тайге – казалось, нет вкуснее ягоды. Мыли золото в притоке Ангары: целыми днями мокли в холодной воде, чтобы к вечеру сдать в комендатуру пару добытых крупинок. Как дети бегали в школу, пять километров по тайге в соседний поселок – синим зимним утром, ещё при свете луны, боясь волков. А обувь у всех была плохонькая, и бабушка то и дело снимала с головы шапку и натягивала на окоченевшие ноги, чтобы отогреться…

Вот это и хотелось передать: с одной стороны – ужас и мрак, тяготы жизни в сибирской тайге; а с другой – какие-то светлые моменты.

Удивительно, но от сообщества таких разных людей, несчастных, обездоленных людей, оказавшихся там по разным причинам, и в самом деле нет тяжёлого впечатления.

Мне хотелось рассказать о том духе братства, который описывала бабушка: чем дольше люди жили на поселении, тем больше сближались. Бабушка уехала оттуда в 1946 году, но до конца жизни переписывалась с бывшими друзьями по ссылке. Это была такая связь, которая крепче, чем родственные узы. И потому поселок ссыльных в романе «Зулейха…» – это Ноев ковчег. Крестьяне, уголовники, интеллигенция, мусульмане и христиане, язычники и атеисты – все вынуждены держаться вместе, чтобы выжить… По большому счету, это роман о людях – без привязки к национальности. О том, что на грани жизни и смерти все наносное слетает с человека – национальные и религиозные предрассудки, классовые установки. Остаются только люди наедине друг с другом.

Когда же всё-таки Ваша героиня «открывает глаза»?

Всего в тексте романа предложение «Зулейха открывает глаза» встречается четыре раза: четырежды героиня оказывается в ином месте, в ином окружении и даже ином освещении: в начале романа вокруг царит полная темнота, а в конце – слепящий свет. Конечно, это метафора преображения героини.

В начале романа Зулейха живёт в архаичном, практически средневековом мире, окружённая нелюбящими её людьми; угнетённая и низведённая до уровня рабыни; общается преимущественно с домовыми и духами. В конце романа она – житель небольшого интернационального поселка; встретила любимого мужчину, родила сына, говорит на другом языке, сама добывает себе пропитание и заработок, стала охотницей. Эта метаморфоза происходит с ней не вдруг, а на протяжении шестнадцати лет романного действия. Её путь из родной деревни в далёкую Сибирь – это ещё и ментальный путь: из прошлого в настоящее. Это преображение было задумано с самого начала – оно и было стержнем, на который нанизывались остальные герои и события романа.

Для меня при написании текста была важнее личная история Зулейхи. Метаморфоза языческого сознания в современное, ментальное путешествие характера из прошлого в настоящее – вот об этом хотелось написать. И потому образ героини мне с самого начала виделся именно таким – женщина, застрявшая глубоко в архаичном мире, где-то в средневековье, которая постепенно выкарабкивается из этого средневековья, учась быть свободной и любить. Череда трагических событий, которые с ней происходят, удивительным образом приводят её к внутреннему освобождению, к сильному изменению как личности.

Скажите, среди Ваших читателей много мужчин? Как они воспринимают роман? Удивляли ли Вас своими впечатлениями о написанном?

Аудитория у романа очень разная: роман читают и мужчины, и молодые люди, что меня очень радует. Если кому-то из юного поколения роман поможет лучше почувствовать судьбу их прабабушек и прадедушек – я буду счастлива.

По книге будут снимать кино? Насколько ревностно Вы относитесь к работе над ним и результату?

Заключён договор на экранизацию с каналом «Россия». Речь идёт о телевизионном сериале на 8 серий. Мне предлагали писать сценарий, но я отказалась: считаю, что лучше пусть это сделают опытные профессионалы. Более того, моё активное участие и вмешательство в процесс мешало бы сценаристам – поэтому я просто получу финальный вариант сценария на прочтение и выскажу своё мнение, не более.

Кого из актрис Вы можете представить в роли Зулейхи и почему?

Конечно, Чулпан Хаматову – человека тонкого и чистого душой – какой и была Зулейха.

Сейчас всё любят делать с продолжением. Почему именно в этом месте Вы оставили героев? Или все-таки есть мысль к ним вернуться?

Нет, история дописана, хотя финал и открытый. Мне хотелось, чтобы читатель, закрыв книгу, побыл ещё немного с историей – поразмышлял о судьбах героев, пофантазировал о возможных вариантах развития их жизней.

Вашу книгу перевели на разные языки. Мне кажется, что прожить, прочувствовать такую судьбу могут только советские люди, это какое-то очень наше, потому так понятно и так больно. Как воспринимают героиную и её судьбу иностранные читатели?

Книга переведена и переводится на 24 иностранных языка. Мне и самой это удивительно. Для меня человеческое, психологическое в романе было важнее политического – возможно, именно это сыграло роль.

Как Вы расстались с Зулейхой и Юзуфом? Я, читатель, и то долго чувствовала их в себе, а у Вас как процесс расставания прошёл? Или спасают новые идеи? Какие?

Думала, что после написания последних строк придёт облегчение, эйфория. Однако всё было ровным счетом наоборот – усталость, опустошение и непонимание, что делать дальше. Ещё несколько недель не могла ничем другим заниматься – ходила и беспрестанно крутила в голове сцены, реплики, фразы. Спасла учёба в школе кино (я тогда была на втором курсе): нужно было писать следующую учебную работу – а значит погружаться в новый материал и новую историю. Написание второго романа вслед за успехом первой книги – дело нелёгкое. Надеюсь, мне удастся преодолеть пресловутый «барьер второй книги», тем более что для этого я ушла из сценаристики и полностью сконцентрировалась на литературных текстах.

Что Вам дала работа над книгой?

Мне очень интересно создавать историю маленького человека, сплетённую с Большой Историей. Придумывать такие сюжеты, где Большая История не просто выступает фоном, а подталкивает драматургию, является её частью. Внутри же человека мне интересно исследование природы страха, экзистенциального страха; стремления к свободе и развития творческого начала; взаимоотношения с государственной машиной.

Вставка

Гузель Яхина (1 июня 1977, Казань) — российская писательница, автор романа «Зулейха открывает глаза» о раскулачивании 1930-х годов, лауреат премий «Большая книга» и «Ясная Поляна».

Окончила Казанский государственный педагогический институт, факультет иностранных языков; с 1999 года живёт в Москве, работала в сфере PR, рекламы, маркетинга. Окончила сценарный факультет Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Октябрь». В журнале «Сибирские огни» вышли главы её дебютного романа «Зулейха открывает глаза».

Сегодня совокупный тираж русской книги составляет уже 119 000 экз. Роман не подвергался цензуре. Более того, государственная организация Институт перевода финансово поддержала переводы романа на иностранные языки – всего вышло и ещё выйдет 24 переводных издания: от китайского языка до шведского, испанского, венгерского, финского.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя