Образы героев наполеоновских войн, их полное обмундирование, форма офицеров и гусаров русской армии свой завершённый образ получили в исторически точных зарисовках художника, иллюстратора и искусствоведа Николая Зарецкого. Сегодня его работы знают даже дети, которые могут раскрашивать и бравых офицеров, и рядовых той эпохи в раскрасках, созданных по эскизам Зарецкого. Двадцать лет жизни и творчества этого человека связаны с Прагой.

Фото: blogspot.cz

Николай Васильевич Зарецкий – знаковая фигура в отечественной униформологии. Исторические работы мастера стоят в одном ряду с работами таких мэтров, как А.В. Висковатов и В.М. Глинка. Однако, как ни странно, первый биографический очерк о Зарецком впервые вышел в России лишь в 1994 году и содержал ряд фактических неточностей. За последующие годы о художнике было написано мало и вскользь. О Зарецком упоминалось как о декораторе и коллекционере, но остановиться только на этом было бы нечестно по отношению к человеку, принадлежавшему миру искусства.

Не бесшабашный кавалерист

Николай Зарецкий родился 9 мая 1876 года, принадлежал к дворянскому роду и получил отличное домашнее образование. В юности Николай, будучи в 1896–1898 гг. воспитанником Тверского кавалерийского юнкерского училища, избрал карьеру военного. О годах его службы известно довольно мало. Сохранилось любопытное свидетельство однополчанина Зарецкого господина фон Дрейера: «Глядя на него, трудно было себе представить, что это гусар, каковым гусар должен быть: рубака, кутила, «лошадник», бретёр, любитель женщин. В его мешковатой фигуре чувствовался скорее чиновник Губернского правления, а не бесшабашный кавалерист. Импонировал Зарецкий не своим мало воинственным видом, но природным добродушием, скромностью, спокойствием, вкрадчивым голосом и самоуверенностью в своих суждениях, особенно если это касалось искусства».

Свободное от обязанностей время Зарецкий посвящал не совсем привычному для офицера делу – рисованию. В обстоятельствах полевой службы книг по искусству не хватало, и Николай Васильевич систематически выписывал столичные журналы, со временем обретя репутацию «талантливого рисовальщика». «Роковым» для Зарецкого становится знакомство с известным коллекционером И.Х. Колодеевым в минском посёлке Березине.

Оставил службу и взялся за кисть

Колодеев специализировался на предметах старины 1812 года и всячески поощрял начинания молодого художника, поддерживая его и материально. Благодаря их сотрудничеству на месте переправы французскими войсками в 1812 год через реку Березину возникли два памятника-обелиска. Финансирование проекта осуществил Колодеев, а художественное оформление монументов – Зарецкий. Торжественное открытие памятников проходило 14 ноября 1901 года и считается началом рождения Зарецкого как мастера изображения военного костюма 1812 года.

Об этом времени Николай Васильевич вспоминает в письме к А.Н. Бенуа: «Ещё будучи офицером и сидя в глуши на берегах исторической Березины, я с первого издания «Мира искусства» получал этот журнал, читал его и перечитывал, разглядывал, сравнивал, и он по-настоящему был моим университетом и повлиял к тому, что я оставил полк и попал в

мастерскую Яна Францевича». О своём последующем переезде в Петербург художник никогда не жалел.

Парижский критик Вельмин вспоминал, как быстро «развился и окреп талант Зарецкого, и он скоро приобрёл известность в петербургских художественных кругах». Николай получал стипендию в 15 рублей, его приглашали участвовать в выставках, устраиваемых ежегодно художественными обществами Москвы и Санкт-Петербурга.

Фото: blogspot.czко

Полевые зарисовки

Впервые Зарецкий выставлялся в 1906 году, а в 1911 окончательно простился с военной службой. Он был востребован как художник в период подготовки к празднованию 100-летней годовщины Отечественной войны. В юбилейный 1912 год готовилась книга Г.С. Габаева «Роспись русским полкам 1812», по мнению современных историков, являющаяся на сегодняшний день одним из главных научно-справочных изданий по истории российской армии 1812 года. Работу Зарецкого высоко оценил военный историк-современник Н.С. Наркевич: «Он хорошо понимает эпоху и легко схватывает мотивы».

С началом Первой мировой войны деятельность Зарецкого как художника переместилась в полевые лагеря, где он с точностью документировал предметы быта солдат. В 1918–1920 гг. Николай Васильевич сопровождал армию генерала Деникина, затем – отряды генерала Врангеля. Творческая деятельность художника возобновилась в эмиграции. По различным источникам, в 1921 году Зарецкий переехал в Берлин, где возглавлял берлинский Союз русских живописцев, ваятелей и зодчих.

От театра до Пушкина

С 1931 года в жизни Николая Васильевича начался 20-летний пражский период. В Чехословакии художник занимался оформлением балетов для Народного театра. Его заслугой стало создание выставки «Русское общество эпохи Пушкина». В 1932 году эту коллекцию целиком приобрёл президент Масарик для Национального музея. Годом позже Зарецкий открыл оригинальную выставку под названием «Рисунки русских писателей». Николай Васильевич являлся неоднократным участником групповых выставок русских художников в Праге в 1935 и в 1943 гг.

Зарецкий многое сделал для сохранения культурных ценностей, будучи на посту директора Русского культурно-исторического музея с 1941 по 1945 гг., когда основатель и единственный директор РКИМа Валентин Булгаков находился в заключении в немецком концлагере. В фонд РКИМ Зарецкий передал 60 своих работ.

В 1951 году художник покинул Прагу и переехал во Францию, остановился в местечке Кормей близ Парижа. Через 7 лет именно здесь Николай Васильевич нашёл свой тихий уголок. Перед отъездом из Чехословакии он передал часть своего архива, включая переписку с А.М. Ремизовым, Литературному архиву в Праге. Несмотря на 40-летний период жизни вдали от родины, художник подчёркивал в себе «русскость» человека, который, по мнению современников, «Россию любил страстно и нежно, любил больше прошлое, называл русских людей «русопетами» и искренне считал, что лучших людей, чем русские, на свете нет».

Евгений Бессонов

 

comments powered by HyperComments