Андрей Аргунов

Политик, идеалист, эмигрант первой волны. На глазах Андрея Аргунова и при его участии Российская империя менялась до неузнаваемости. Удержать старый режим, победить «красных» и немцев помогали чехословацкие войска. Они были для Аргунова примером торжества демократических ценностей. Об этом он рассказывает в своём труде «Между двумя большевизмами».

Союз по принуждению

Свою работу «Между двумя большевизмами» Андрей Аргунов написал уже в изгнании, в Париже. И, несмотря на то, что Российская империя верно, губерния за губернией, отходила большевикам, он не оставлял мысли, что родина «воспрянет ото сна». «Чтобы понять и оценить в полной мере это событие, которое имеет поучительный характер для дела строительства новой России, необходимо вкратце коснуться некоторых событий…», – рефлексирует он. Аргунов довольно подробно описывает 1918 год, когда часть империи принадлежала «красным», часть – «белым», часть – кому придётся.

С большими усилиями было организовано антибольшевистское движение – «Союз возрождения России». В него вошли представители политических партий, военные, промышленники. Цели у союзников были следующие: борьба с большевиками, немцами, восстановление государственного и хозяйственного строя страны. Но вот когда зашла речь о том, кто и как будет править, процесс затормозился. Даже место встречи для переговоров члены СВР обсуждали очень долго. Но благодаря ряду политиков, в числе которых был Андрей Аргунов, работа велась. Были сформированы органы власти – как централизованные, так и на местах. На протяжении всего дальнейшего присутствия «белого» движения, вплоть до полной победы большевиков, стабильности и консенсуса эти квазигосударственные органы так и не достигли. Не брезговали они террором и насилием.

Сибирский сепаратизм

На территориях, которые были отвоёваны у «красных», нужно было налаживать жизнь, наводить порядок. Вместо этого управленцы на местах делали, в первую очередь, всё, чтобы сохранить и удержать свою собственную власть. К примеру, сепаратистски настроены были члены Временного Сибирского правительства, резиденцией которого был город Омск. «Встав во главе управления, омское правительство очень скоро, не более как через месяц, начало проявлять усиленное стремление рассматривать себя как единственный источник верховной власти в Сибири, ради чего началась систематическая агитация за упразднение Областной Думы», – пишет Аргунов.

Доходило даже до устройства таможенных застав и таможенной войны: от воспрещения вывоза хлеба и продуктов до отказа во взаимной военной помощи между территориями, которые должны были держаться вместе, чтобы победить общего врага. «Этот дух интриг, взамен духа творческой и закономерной работы, пропитал всю историю сибирского государственного строительства последнего времени, наполнив её страницы мрачными и кровавыми эпизодами», – резюмирует Андрей Аргунов. Политик говорит о том, что политические и экономические условия настойчиво требовали объединения усилий и создания единого центра, единой власти.

Поддержка чехословаков

Деятельность Союза возрождения России и антибольшевистского движения нашла поддержку за рубежом. Важную роль в этих исторических событиях сыграли чехословаки. Их выступление летом 1918 года «дало сильный толчок к организации антибольшевистских сил и началу более или менее удачной борьбы. Стали доходить известия о том, что в Поволжье, на Урале и в Сибири борьба, начатая отрядами чехословаков, имеет все данные развиться в широкое движение…», – пишет Аргунов. К июлю очищены от большевиков Самара, Уфа, Челябинск, значительная территория Сибири, взяты Казань и Симбирск. В целом, говорит политик, у антибольшевистского движения при мощной поддержке иностранных войск, в первую очередь чехословацких, были все шансы на победу: «борьба с большевиками шла успешно, территория отвоёвывалась за территорией, правительственный аппарат, как будто, совершенствовался и всё предвещало успех… Будущее показало, что все эти расчёты были ошибочными».

Чехословацким частям в условиях российской междуусобицы приходилось непросто. На их плечах лежала вся тяжесть борьбы, они составляли не менее 80% вооружённых сил, борющихся на фронте и, по словам Аргунова, в особенности чувствовали на себе анархию в тылу, которая аннулировала их работу. Председатель русского отделения чехословацкого национального совета Богдан Павлу в статье, опубликованной 18 сентября 1918 г. в газете «Дневник», писал: «Оставаясь в России и борясь за её освобождение, мы приветствуем создание всероссийской власти тем охотнее, что надеемся на прекращение ею той внутренней смуты и неурядицы, которой мы являлись невольными свидетелями. Мы с самого начала нашего выступления всемерно содействовали учреждению русской власти на освобождённой территории, но к сожалению мы должны были наблюдать не взаимодействие отдельных областей, но что-то вроде глухой вражды… Эгоизм и непонимание общегосударственных задач доходило до пределов недопустимого». Несмотря на это, пишет Аргунов, до самого последнего времени чехословацкие войска вели военные действия против большевиков на всех фронтах.

Демократизм чехословаков

Как все закончилось, все знают. После ряда предательств, вооружённых нападений и борьбы кланов, империя превратилась в Советы. Аргунов уже из-за рубежа наблюдает, как чехословацкие войска покидают Россию. Почему он эмигрировал в Чехословакию, можно понять, прочитав лишь один труд «Между двумя большевизмами». Демократизм чехов всегда ему импонировал, всегда был для него примером. До самой смерти Аргунова не покидала мысль, что в России демократия была бы возможна при соблюдении ряда определённых условий. С тех далёких событий минул уже век, но условия, о которых говорил Аргунов, так и не сложились.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя