Елена Вондра

Кто бы мог подумать, что в пяти тысячах километров от Праги, в совсем необжитых в начале XX столетия сибирских лесостепях была основана небольшая чешская деревня Новоградка. Сейчас там осталось не так много потомков отважных переселенцев, деревня постепенно пустеет. Молодые разъезжаются по городам или возвращаются на историческую родину – в Чехию, как это сделала в декабре 2014 года Елена Вондра.

«Бабушка и дедушка жили  в Запорожской области в селе Чехоград, которое было основано в 1869 году, – рассказывает Елена Вондра. – Там проживали этнические чехи, переселенцы из Богемии. Из рассказов отца знаю, что мой прадед был учителем в гимназии и знал пять языков».

Елене, которой пока не удалось побывать в Запорожье, кажется объяснимым, что прадед с семьёй приехали туда из Богемии: ведь там тепло и земли плодородные. Но вот то что их дети – Йозеф и Франтишка Вондра – уехали оттуда добровольно в неведомую холодную Сибирь, до сих пор не укладывается у неё в голове. Отец рассказывал, что они присоединились к другим семьям после того, как стало известно, что есть в Сибири много необжитых земель, можно там селиться, работать и можно там селиться, брать сколько хочешь земли и работать себе на благо. «А уж работать чехи любили, — говорит Елена Вондра, — трудились от зари до темна.

Далеко от родины

А вот в Запорожье с землёй было плоховато. Наделы выделялись только семьям, в которых родились мальчики. Семьи тогда были многодетные, но неизвестно, сколько будет мальчиков и хватит ли земли всю семью прокормить. Начало XX столетия было временем переселения народов. В Сибирь ехали люди из европейской части России и из других государств Европы. Как ни странно – добровольно. Чешские переселенцы приезжали в 1904–1905 годах и поселились поначалу в  Тюкалинском районе Омского уезда. Спустя время поняли, что будет лучше обосноваться отдельно. Так и появилась в 1913 году Новоградка. Правда, поначалу это была всего одна улица. В 1928 году в селе официально было зарегистрировано 28 хозяйств.

За официальными цифрами стоят большие дружные семьи. «Папа мне очень много рассказывал, как они жили, работали, сколько трудностей пришлось пережить, – вспоминает Елена. – Я хочу написать об этом. Это история на целую книгу. У нас сохранилась бабушкина молитвенная книга, в которой она записала рождение своих сыновей: Йозефик родился 1 января 1906 года, а Алексинек – мой папа – в 1908 году».

Это была бы больше чем столетняя история небольшой деревни, оказавшейся слегка оторванной от остального мира, в которой и вправду была своя жизнь. Ведь поначалу связь с родными в далёкой Чехии поддерживать было сложно, а позже, когда началась война и после неё, – вообще невозможно. Поэтому здесь, в далёкой Сибири, они создали для себя маленькую Чехию.

В 1913 начинали с избушек, потом сообща строили себе дома – большие, просторные с резными наличниками, засаживали огороды, держали скот. Весной на посевную выходили вместе, помогая друг другу, и убирали урожай сообща. В семьях было и по 10 ребятишек, всех же нужно одеть-обуть и прокормить. Правда, врача в деревне не было, а в непогоду добраться до района было проблемой, потому с болезнями не справлялись: то тиф, то скарлатина, не все выживали. В деревне и после войны роды в селе принимала бабка-повитуха, которая ездила в Караганду к тамошнему католическому священнику за благословением. Она же имела право крестить новорожденных. Она же собирала травы и единственная чем могла, помогала в случае болезни.

Сохраняя традиции

«Я всё время вспоминаю, насколько дружными все были, – рассказывает Елена. – Умели абсолютно всё сами. Отец и с деревом работал, и обувь шил, и не поле работал, и домашний скот был под его присмотром. Праздники отмечали по чешским традициям. И Рождество, и Пасху католические. Почти все были верующие. Моя мама была воспитанницей богатой немецкой семьи (её мама умерла через 2 недели после родов). Приёмные родители были лютеране, а вот о родных мы, к сожалению, не смогли узнать подробностей. Когда в 1928 году она обвенчалась с отцом, приняла католическую веру. И из богатой семьи, где жила как принцесса, приехала в Новоградку, где сразу же начала вместе со всеми работать».

У семьи Вондр было 10 детей, что в деревне Новоградка было обычным делом. Елена была самой младшей. Родители говорили, что их старость будет в её руках. Так и получилось. До последнего дня и мамы, и отца, который дожил до почтенного возраста 90 лет, их младшая дочь была рядом с ними.

Интересно, что назвать её они хотели Гелена, но им возразили: нет такого имени, есть имя Елена. Несмотря на возражения отца, девочку записали Еленой. И плюс к тому, к великому его возмущению, не Вондрова, как это принято в Чехии, а Вондра, точно по фамилии отца.  «Он всегда говорил нам: Помните, что вы чехи, и ведите себя так, чтобы за вас не пришлось стыдиться», – вспоминает Елена.

Отец Елены Алексей Вондра до последнего дня был в здравом уме, он всего полгода не дожил до 90 лет, и они вместе, живя уже в Черлаке (районный центр Омской области), часто  вспоминали любимую Новоградку. Он подробно рассказывал о том, как они жили, с самых первых своих воспоминаний, ведь ему было только пять лет, когда только начиналась история чешской деревни. Как они вместе строились и работали. Как прятались от раскулачивания и ссылки, бросив всё, что было нажито непосильным трудом. И о том, как потом вернулись и начали всё с самого начала.

Активистка, отличница

Когда Елена пошла в школу, возникла проблема: до своих семи лет девочка не умела говорить по-русски. Дома отец настаивал на том, чтобы все говорили по-чешски, а поскольку самой младшей дочери приходилось проводить большую часть времени дома, то и необходимости в знании другого языка не было. И тут школа. Елена Вондра очень хорошо помнит свою первую учительницу, которая напоминала классический образ: красивая, умная, строгая и справедливая. Только благодаря ей она стала первоклассницей. «Я возьму эту девочку, – успокоила она родителей, внимательно посмотрев на свою будущую ученицу. – Она выучит язык». Так и произошло. Вместе со своими одноклассниками она учила русские буквы, читала и не хуже других говорила по-русски первые слова.

В 60-м семья переехала в посёлок Иртыш Молотовского района, потому что там была возможность учиться. «Отец сказал тогда: Пусть хоть младшие дети получат хорошее образование», – вспоминает Елена. И мы из глухой деревни переехали в районный центр, где отец пошёл работать».

Отец шил обувь в Доме быта на заказ – хромовые сапоги, ботинки. Иногда и дома подшивал валенки. Только тогда он начал получать деньги. Мама пришла в восторг, увидев первую зарплату. Она бережно пересчитывала купюры, откладывая их отдельно, с учётом того, на что потратить. До этого они могли отвезти на рынок выращенные овощи или мясо и поменять ”на мануфактуру”. Продать удавалось немного».

А младшая дочь радовала успехами. Она была отличницей, активисткой, заводилой. «В 66-м году у нас в школе был Фестиваль республик, все полагались на меня: будем представлять Чехословакию, и я подготовила вместе с одноклассниками песню на чешском языке, которую пел Карел Готт. Мы, конечно, выиграли. Но вы не представляете, как я удивилась, когда мы встретились не так давно с одним из моих одноклассников (а мы все поддерживаем отношения), и он мне её напел».

Хорошее притягивает хорошее

«Мне всегда очень везло на встречи с хорошими людьми, – уверяет Елена Вондра. – Я и сейчас, в Чехии не могу жаловаться на плохое обращение. И дома у меня осталось много друзей, с которыми я переписываюсь и с нетерпением жду встречи». Но, глядя на Елену, понимаешь, что вряд ли бы кому-то пришло в голову обидеть такого светлого и отзывчивого человека. Наша собеседница рассказывает, что по профессии она бухгалтер, но в силу состояния души её жизнь всегда наполняло творчество. Для своих двух дочерей и для себя она шила наряды сама, на каждый праздник – новый. Для этого даже закончила курсы в омском Доме мод, а шитьё было хорошей подработкой, ведь растить двух девочек – непростое дело.

А потом, когда девочки выросли и обе получили высшее образование, а это для Елены было очень важно, она позволила себе другое увлечение: пошла учиться шить мишек Тедди. Теперь проблем с подарками для неё не существует: в Омске и даже за рубежом у друзей и знакомых осталось около 70 медвежат, сшитых Еленой Вондрой.

Мысль о переезде в Чехию пришла после того, как Елена узнала, что на исторической родине существует программа по поддержке возвращения соотечественников. И она решила рискнуть. Хотя бы в память об отце, который мечтал побывать в Чехии, но так и не смог доехать. «Он всегда говорил своим детям: «Чехи могут быть счастливы только на земле своих дедов и прадедов», – вспоминает Елена Вондра. – Я помню, что когда по радио или телевизору говорили о Чехословакии или звучали песни, мы все умолкали, чтобы он мог послушать».

Отец бы мог гордиться

Елена собирала документы меньше года. Она послала запрос в архив Новоградовки в Запорожье, где подтвердили, что семья Вондр именно там и жила до своего отъезда в Сибирь. Писала в чешское Министерство внутренних дел, откуда всегда получала исчерпывающие ответы. Правда, Елене приходилось приносить извинения за ошибки в своих письмах: ведь писать по-чешски она училась сама.

В декабре 2014 года она уехала из Омска, где пришлось оставить всё, что было нажито за всю жизнь, с одним чемоданом. В Праге, в аэропорту, услышав чешскую речь, Елена Вондра почувствовала необыкновенную радость: она вдруг поняла, что она дома…

В чешской гостинице искала объявления о квартирах, которые сдаются в аренду. Нашла и переехала. Потом приехала внучка, которая сегодня учится в Чешском техническом университете в Праге, а за ней и дочь с зятем. Сегодня время переживаний позади. Вся семья в сборе, дочь и зять работают. Елена остаётся дома за хозяйку и ждёт, когда вечером все соберутся за ужином.

Она читает книги на чешском, любит в тёплые дни выезжать в парки и сады на Градчанах и читать, сидя на лавочке, не устаёт восхищаться красотой Праги. И порой ей становится ещё легче на душе от мысли, что отец мог бы гордиться дочерью, потому что она осуществила его мечту.

 

comments powered by HyperComments