Марек Томан

Во все времена профессия дипломата, предполагающая познание других стран, культур, цивилизаций, жизни других народов, стимулировала художественное воображение. Наш собеседник писатель и дипломат Марек Томан считает, что эти две профессии в чём-то схожи и взаимно обогащаются.

Русская литература знает много подобных примеров: Денис Иванович Фонвизин,  Александр Сергеевич Грибоедов, Фёдор Иванович Тютчев, Алексей Константинович Толстой и многие другие дипломатическую деятельность успешно сочетали с литературным творчеством. «Эти два вида деятельности дополняют друг друга. Писатель и дипломат оба пишут, хотя и в разных жанрах. Смена деятельности позволяет отдохнуть, набраться сил, а также опыта. И даже если дипломатия может казаться отвлечённой сферой, все равно там в определённой степени речь идёт об общении с людьми. Литература является – по крайней мере, для меня – суммой накопленного человеческого опыта, так что эти две области взаимно дополняются. Работа дипломата позволила мне узнать две страны – Эстонию и Венгрию. Узнать глубже, чем обычный турист, потому что я жил там в течение нескольких лет. Это позволило мне смотреть на вещи с эстонской и венгерской точек зрения. Кроме того, в обоих случаях я приобрёл большой опыт, привёз с собой воспоминания, чувства, запахи, события, которые, несомненно, человека обогащают».

Марек Томан признаётся, что он – заядлый читатель, который твёрдо верит в силу литературы. «Из русской литературы я не мог пропустить ”Мастера и Маргариту” М. Булгакова как пример невероятно богатого романа со сложным сюжетом, старающегося охватить мир во всей его полноте, да ещё с юмором, – говорит он. – Совсем недавно я снова с большим удовольствием перечитал А. Солженицына ”Случай на станции Кочетовка” – блестящий пример того, как система заставляет людей с самыми лучшими намерениями принимать самое худшее решение».

 

В начале была поэзия

Свою литературную деятельность Марек Томан начинал с поэзии. В своём первом сборнике стихов под названием «Я» (1987) автор размышлял о душевных ценностях современного человека. Читатели могут познакомиться с его сборниками поэзии «Одна комната на две судьбы» (Jedna kabina pro dva osudy,1997), «Скелеты чувств» (Citoskelety, 2001), «Отец и сын» (Otec a syn, 2000).

«Я начинал как поэт, потому что хотелось быстро выплеснуть накопившиеся эмоции. После тридцати лет я начал писать прозу – это было как освобождение, появилось ощущение, что я свободно дышу, могу взлететь в высь», – объясняет писатель.

Поэзия для писателя Томана является чем-то очень личным, внутренним, основанным на субъективном осознании событий. Поэт по сути предлагает такое «чтение», которого он сам жаждет как читатель.

«Публицистика является результатом моего литературного любопытства: люблю встречаться с писателями после того, как прочитал их тексты, и устанавливать более личные контакты. Мне всегда интересна личность писателя, то, как она отражается в его текстах. Интервью – на самом деле замечательная возможность спросить у автора то, что я думаю», – говорит Марек Томан, записавший ряд интервью с известными личностями Чехии.

Свои обширные исторические романы Марек Томан не пишет быстро. Известно, что перед этим автор скрупулёзно изучает исторические документы, архивы, сведетельства очевидцев, а потом вместе со своими героями проживает описываемые события и пишет.

Романы Марека Томана высокоинтеллектуальны, полны исторических фактов, фольклора, иронии и юмора – порой тонкого еврейского, порой уличного чешского, но всегда попадающего прямо в цель.

«Всё развивалось с течением времени. Романы пришли в момент, когда я начал постепенное выстраивать структуру большого текста, в который человек погружается и несколько месяцев в этом живёт. Это изнурительный и в то же время волнующий процесс. Кроме того, когда человек берётся за отражение исторических событий, прозаический жанр является наиболее подходящим. Историю можно рассматривать как совокупность переплетающихся человеческих судеб, по крайней мере, для писателя так оно и есть. Тема моих романов всегда как-то связана со мной лично», – считает писатель.

Роман «Хвала оппортунизму»

«В романе ”Хвала оппортунизму” в роли главного героя выступает Чернинский дворец, где я работаю на протяжении многих лет. Здесь царит особая атмосфера, пропитанная историей и следами многих человеческих судеб, которые остались открытыми», – говорит писатель Марек Томан.

У дворца есть своё мнение об исторических событиях, происходящих в его стенах, о череде сменившихся хозяев. Аристократиеский дворец презирает плебейских посетителей ресторана «Чёрный вол». Он влюблён в соседку Лорету, расположенный напротив. Дворец выступает в качестве свидетеля последних минут жизни Яна Масарика, причина смерти которого остаётся загадкой до наших дней.

«В романе надо различать вымысел автора и взгляд историка. В ”Хвале  оппортунизму” я выбрал один из вариантов того, как Ян Масарик мог умереть, – тот, который представляется наиболее вероятным. Тем не менее это всего лишь одна из нескольких версий, которые обычно рассматриваются. Новый взгляд на смерть Яна Масарика может появиться благодаря свидетелям, которые гипотетически могли быть на месте. Это вполне возможно. На одном из чтений книги ”Хвала  оппортунизму” ко мне подошла пожилая дама и передала стопку исписанных листов, оставшихся после смерти её соседки. Соседка была племянницей доктора, который осматривал тело Яна Масарика после его трагической гибели во внутреннем дворе Чернинского дворца. Её показания стали дальнейшими доказательствами того, что расследование смерти проходило своеобразно, под значительным политическим давлением. Кроме того, те, кто по долгу службы был так или иначе к этому делу причастен, сами оказались в опасности. Кроме прямых свидетельств, новые факты о смерти Яна Масарика могли бы найтись в архивах, особенно российских. Архивные фонды времён Масарика всё ещё, насколько мне известно, недоступны», – поясняет автор романа.

В романе «Хвала оппортунизму» упоминается много исторических имён, событий, фактов, легенд. Наверное, посетителям ресторана «Чёрный вол» эту книгу читать будет трудновато.

«Отчётливый фактографический стиль является характерным для Чернинского дворца как рассказчика. С одной стороны, он всё помнит, а с другой стороны, не может или не хочет вспомнить, как умер Ян Масарик. Дворец думает, что знает всё, смотрит на окружающий мир свысока, хвастается, иронизирует. Многие его истории облегчают текст, вписываются в гашековско-грабаловский литературный стиль, включая несколько подворотный юмор», – объясняет писатель.

При написании романа автор не имел в виду никакого читателя. Он просто пытался добросовестно передать «голос дворца», который однажды услышал: «Я думаю, что человек, который способен видеть вещи с разных точек зрения, мои книги поймёт. Тот, кто знает, что истина не принадлежит нам и что простое решение может оказаться наиболее проблематичным. Иными словами, это тот, кто умеет размышлять».

Отец своего сына не убил

В основу последнего романа писателя Марека Томана «Огромная новость о страшном убийстве Шимона Абелеса» легла история смерти малолетнего еврейского мальчика. Трагедия произошла в XVII веке по причине предполагаемого обращения мальчика в католическую веру. Шимон Абелес действительно похоронен в католическом Тынском храме, что на Староместской площади в Праге.

«В этой трагической истории семьи Абелесов сначала меня заинтересовала проблема  рокового непонимания отца и сына. Здесь речь идёт о религии, потому что маленького Шимона, несмотря на то, что он происходит из еврейской семьи, привлекало христианство (или семейные передряги проявились в отношении к религии). Меня, как отца детей в возрате Шимона, эта история заинтриговала. Затем я познакомился с целой историей, которая и легла в основу романа», – рассказывает автор.

«Шимону было максимально двенадцать лет, может быть, даже меньше. Главным для меня было передать трагичность ситуации, в которой, по сути случайно, оказалась его семья. Потому что это еврейская семья, потому что это происходит во время интенсивных усилий иезуитов по привлечению пражских евреев к католицизму. Всё имеет огромное символическое значение. Кроме того, эта история произошла на пороге модернизации общества, когда появились печатные листовки, служившие тогда в качестве средств массовой информации. И общественное мнение тогда, как и сейчас, формировалось бульварными СМИ. Мера сходства меня поразила, включая сходство следственных и судебных процессов. А также и то, насколько правда может быть ложью. Конечно, в романе я создал свой собственный взгляд на происходившее. Я считаю, что отец Лазарь своего сына Шимона не убил. В книге я подробно описываю, как это, очевидно, произошло.  По моему мнению, это пример необъективной системы правосудия, руководствующейся идеологическими убеждениями. С трагическими последствия для семьи Абелесов», – говорит Марек Томан.

Скоро в Чехии появится новый роман М. Томана «Глаз акулы» (Oko žraloka), в котором читатель познакомится с литературной версией жизни и смерти чешского писателя Юлиуса Фучика. И на этот раз писатель выбрал необычного рассказчика. В романе «Глаз акулы» о жизни Фучика повествует предатель из произведения «Репортаж с петлёй на шее» Мирек Клецан. Этого предателя Юлиус Фучик в «Репортаже» ненавидит и критикует больше, чем гестаповцев.

«Романный Мирек Клецан не является портретом реального Мирека Клецана, хотя некоторые элементы из его биографии были мною использованы. В действительности это образ типичного чешского коммуниста, а после войны – жертвы и преступника тотального режима», – описывает одного из героев своей новой книги писатель Марек Томан.

Поэт и прозаик писатель Марек Томан (1967) закончил кафедру философии на философском факультете Карлова университета в Праге. После окончания учебы работал (1992–1997 гг.) литературным редактором на Чешском радио. В 1998 г. поступил на дипломатическую службу в Министерство иностранных дел Чешской Республики, где работает и в настоящее время. В 2000–2005 гг.  являлся членом чешского посольства в эстонском Таллинне. Позже был дипломатом в Венгрии.

Литературная деятельность Марека Томана многогранна и обширна: стихи, переводы (например, перевёл с английского языка поэзию Ричарда Кирни (Richarda Kearney), эссе, обзоры, рецензии, детские книги (книга «Мой Голем» была номинирована на премию Magnesia Litera в 2010 г.) и, наконец, исторические романы («Хвала оппортунизму», «Огромная новость о страшном убийстве Шимона Абелеса»).

Владеет английским, французским и русским языками, учит испанский. Книги Марека Томана переведены на польский, эстонский, финский, венгерский, английский и сербский языки. На русский язык книги писателя ещё не переведены.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя