Фото для иллюстрации

Не так давно у преподавателя Пардубицкого университета, этнографа Томаша Боукала прошла презентация его новой книги «Кладбище невест». В неё вошла страшная история о найденном в Нижнем Тагиле захоронении женщин, убитых бандой сутенёров, но эта книга не о преступлении, а о молодом этнографе, который так же, как и Томаш Боукал, изучал жизнь малых народов.

Многочисленные истории из жизни сибирских народов и тех, кто живёт на Урале, чешский этнограф знает не понаслышке. Он уже 20 лет ездит в Сибирь, чтобы изучать жизнь и культуру малых народов Сибири.

Дорогой в Америку

«У Вас, наверное, ужасное впечатление осталось после того, когда Вы эту историю услышали?» «Об этом очень много писали в своё время в «Комсомольской правде», – вспоминает мой собеседник. – Я прочитал, меня очень взволновало, но я не хотел писать реальную историю, взял основу и соединил со своими этнографическими исследованиями, чтобы к тем материалам, которые я собирал долгое время, привлечь интерес людей. Потом мне даже с Урала письма приходили, что по моим рассказам люди узнавали свои родные места, небольшие деревеньки с узкоколейками. Но у меня в книге нет названий городов». На деле Томаш Боукал и вправду осваивал север Сибири самостоятельно и без всякой опаски. В одной из поездок он побывал и в Воркуте, конечно, не особо подозревая, чем знаменит этот город для россиян.

Как он сам говорит, это был интересный опыт, удалось пообщаться и с колоритными людьми: «Это же определённая культура. Татуировки, их значение, истории из жизни заключённых. Иногда, правда, страшно было», – признаётся он.

Но всё же общее впечатление о сибирских народах за долгие годы поездок и проживания очень позитивное, многих он называет друзьями, и, отправляясь каждый раз в поездку, знает, что не будет разочарован, потому что изучил закон севера: никто никогда не оставит человека на улице, его возьмут с собой, накормят и оставят спать, всегда помогут. «Мне интересна сама жизнь на природе, в лесу, способы выживания этих людей, их навыки, инстинкты, традиции, – говорит Томаш Боукал. – Едва ли человек, живущий в городе, работающий в офисе смог бы выжить в таких условиях даже короткое время».

В Сибирь он шёл издалека – из Америки, куда мечтал поехать мальчишкой, зачитываясь по ночам книжками об индейцах. Поиски индейцев увенчались успехом, только вот в резервациях он увидел совсем не то, что хотел: самобытная культура и традиции уже не прослеживались, а это разочаровало молодого человека.

Однажды, открыв какой-то журнал о путешествиях, Томаш Боукал увидел фотографии людей, живущих в чумах. И одежда, и быт этих людей укладывались в его картину о жизни индейцев, но жили они… в Сибири. «Ничего себе, как похоже на индейцев!» – восхитился студент и понял, что ехать нужно за Урал. Так и случилось: двадцать лет Томаш Боукал ездит в Сибирь, живёт на Алтае, теперь вот возит туда своих студентов, чтобы пожить там и на месте познать культуру и традиции малых народов севера Сибири, которых он называет своими друзьями. Из 250 тысяч представителей малых народов чешский этнограф знает несколько сотен.

Девушка с Алтая

В начале нашей встречи Томаш Боукал спросил, на каком языке для меня будет удобней вести диалог. «Если хотите попрактиковаться – можем на русском», – предложила я. «Да нет, я и дома говорю по-русски». Выяснилось, что у чешского этнографа супруга с Алтая. Правда, их встреча произошла не на Алтае, откуда она родом, а всё в той же далёкой Америке, куда волей звёзд оба студента приехали по образовательной программе в одно и то же время. Знакомство оказалось на всю жизнь.

Жена Томаша Боукала по материнской линии – тубаларка, это народ, который генетически близок к индейцам. «Тубаларов осталось очень мало, они охотники и рыбаки северного Алтая», – делится своими наблюдениями этнограф. На Алтае они с женой прожили три года.

В первую поездку в Сибирь Томаш Боукал отправился со своим другом, но за Урал они не уехали: не рассчитали средства и пришлось вернуться домой. К следующему путешествию готовились уже более обстоятельно, и опять в десятку не попали, ведь никакого точного места и адреса у кочевых народов не может быть.

Томаша Боукала удивляло то, что люди, которые живут в городах, работают в Ямало-Ненецком округе на месторождениях, в Ханты-Мансийске, даже не знают, кто живёт с ними по соседству:  «Нефтяники нас подвозили на машине в лес и страшно удивились, когда увидели настоящие чумы и узнали, что в них живут люди».

В их вторую поездку кто-то в поезде услышал, что ребята ищут лагерь кочевников, и подсказал, где можно выйти, потому что он там видел чумы. И ребята вечером вышли на пустынной станции из поезда и пошли пешком по тундре в предполагаемом направлении – нигде ничего, кроме развалин когда-то стоявшего там кирпичного завода. Уже стемнело, похолодало и начался дождь. В темноте вдалеке определились три светлые точки, к которым было решено идти. И только утром их забрал человек из лагеря, переплывший реку. Тогда же получили второй урок: кроссовки – не обувь для Севера.

Сегодня с экипировкой проблем нет – опыт богатый, ездил этнограф в разное время года, жил в разных семьях, иногда и подолгу. Томаш Боукал спешит собирать информацию, потому что многих людей, от которых он узнаёт необыкновенные истории, уже нет: условия жизни на Севере суровые, кто-то тонет, кто-то становится жертвой болезни, потому что до ближайшего врача не одна сотня километров. Кого-то губит алкоголь.

Нужно торопиться

«Из ближайших планов у меня поездка на одну речку на Севере, где живёт последний манси, – говорит этнограф. – Раньше там жили мои друзья, но из них никого уже нет. И я даже не уверен, что он там остался, но вдруг. Его дядя был очень интересным человеком. Он был слепой, но память у него была прекрасная. Я записал у него много сказок, рассказов. Это ведь культурный клад – не станет этого человека, вместе с ним исчезнет и всё это наследие».

«Я до сих пор жалею, что в свое время не поговорил с одним старожилом-манси, который мог рассказать о поисках экспедиции Дятлова. – вспоминает Томаш Боукал. – Это было в мой первый приезд, когда мне было 18 лет, но мы в Чехии тогда понятия не имели о том, что существует загадка перевала Дятлова. Он нам начал рассказывать о каких-то туристах, которых он помогал искать и был главным помощником. Когда позже я узнал об этом странном случае и даже увидел этого человека на фотографиях, сделанных во время поисков,  решил найти своего знакомого, который был сыном этого человека, но его уже не было в живых…»

После первой поездки 18-летнего студента прошло 20 лет, каждый год он открывал для себя что-то новое, живя у оленеводов или охотников и рыбаков. За эти годы перемены добрались и до тундры. Например, у многих есть мобильные телефоны. «Правда, не везде есть хороший сигнал, – смеётся Томаш Боукал, – а оленеводы и к этому приспособились: у них есть пастушья палка метра три длиной – хорей – они напишут эсэмэску, телефон прикрепят к палке и быстро вверх поднимут. Сообщение уйдёт. Так и переписываются».

У оленеводов этнограф изучал их навыки, часть которых – на уровне интуиции: опытные оленеводы, например, знают, как себя поведут олени в случае сильного ветра, как их остановить, чтобы всё стадо не разбежалось. Если погода хорошая, то пастух и полежать может, и отдохнуть, а вот в дождь или ветер придётся изрядно потрудиться… С охотниками и рыболовами Томаш Боукал идёт в лес и на реку. Живёт с ними в чумах или берестяных избушках. Видит, сколько у них работы и какие опасности окружают этих людей. Удивляется женщинам, которые шьют уникальные шубы, халаты, убирают и топят в чумах, готовят и занимаются детьми.

Мужчины, как и положено, делают всё, чтобы обеспечить семью. Люди старой закалки работают с утра до вечера, а вот молодёжь уже может поспать и подольше. Чешский этнограф делил стол и крышу с хантами, манси, ненцами, алтайцами, тубаларами, шорцами, кумандинцами. У них пробовал уникальную рыбу – сосьвинскую селёдку, которая подавалась к царскому столу, копчёного налима и даже сырое мясо оленя, которое в рационе у оленеводов – вещь обычная.

Слушая Томаша Боукала, удивлялась и я. Тому, как прекрасно он говорит по-русски, как позитивно воспринимает жизнь и насколько умеет заразить слушателя своими рассказами. Так, что хочется отложить все дела и поехать на север Сибири к удивительным людям, у которых совсем другая жизнь, другие ценности и которые никогда не оставят человека, нуждающегося в помощи.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя