Смбат Николян

Смбат Николян всё время собирается начать писать мемуары, потому что жизнь его – это сама история страны. На важных этапах он всегда был в центре событий. Это легендарная Байкало-Амурская магистраль, где от мастера дошёл до начальника управления, узнал много прекрасных людей, научился ценить человеческие отношения. А потом Армения во время Спитакского землетрясения, где видел столько горя и боли. Сегодня он живёт в Теплице, куда переехал ради своего сына.

Смбат Николян родился в 1949 году и был вторым сыном в семье. Его родители, пережившие репрессии, войну, на которой отец был до последнего дня, жили в Кировакане – сегодня Ванадзор. В их дружной семье было четверо детей. Поначалу разместились в бараке, в котором до этого жили военнопленные. Отец работал на химкомбинате. Он всегда  говорил детям: «Для того, чтобы быть хорошим человеком, не обязательно быть в партии». Своих детей воспитывал в строгости, и с детских лет они знали, что такое труд.

Советское детство

Когда Смбату было 12 лет, у семьи появилась возможность построить свой дом. Это было настоящим счастьем, но требовало немало труда. Семейный дом стал первым строительным объектом будущего инженера-строителя. «Мать всегда говорила: не нужно ничего, главное – кров над головой», – вспоминает Смбат Николян. И они все вместе строили свой дом.

В шестом классе всё едва не закончилось плохо: Смбат нашёл себе взрослых друзей и с ними забыл про школу. Глупостям пришёл конец, когда мальчишка, пропускавший занятия, остался на второй год. «Отец сказал: что если не хочу учиться, нужно идти работать, – рассказывает наш собеседник. – Он отправил меня к своему другу-сапожнику обучаться ремеслу».

К концу лета, научившись основам, сын пришёл к отцу и сказал, что всё понял, что будет учиться. И здесь мальчику повезло, потому что их классный руководитель Самсон Татевосян, учитель математики, оказался человеком, который заставил его поверить в себя: не получилось сразу – нужно работать, и тогда обязательно получится. И действительно, год был завершён успешно ещё и благодаря уважению верящего в него учителя.

Смбат Герасимович рассказывает о том, как он рос, не жалуясь на трудности: это не в его характере. Он и его старший брат Франц, а позже и младшие братья Саркис и Арташес очень рано начали помогать отцу. Когда отец работал на хлебозаводе, мальчишки ходили помогать ему загружать машины по ночам. Потом работали на химкомбинате, а утром бежали в школу. Иногда отец Герасим и мать Рипсиме сокрушались: «Вы же дети, вам и поиграть нужно», но братья не переживали, потому что им хватало сил и на то, чтобы в футбол поиграть.

Эта закалка пригодилась на всю жизнь. В восьмом классе дети на листочках написали о том, кем бы хотели стать. Смбат написал, что хочет быть прорабом на стройке. Ему тогда казалось, что прораб на стройке – как бог: ничего не делает, а только руководит. Позже, когда он стал начальником строительного управления на БАМе и принимал важные решения, он вспоминал об этом с улыбкой.

Закалка трудом

В школьные годы Смбат принял для себя ещё одно очень важное решение. Это случилось, когда он, будучи старшеклассником, работал на стройке. Пришло время получать зарплату, и у него высчитали 15 рублей из заработанных 60, чтобы якобы перечислить в ЦК. Он посчитаал, что за три летних месяца у него заберут 45 рублей – на эти деньги он мог бы купить себе обувь. «Тогда я просто взмолился: пусть у меня будет когда-то такая должность, чтобы я мог запретить такое унижение, – вспоминает Смбат Николян. – Заработанные деньги человек должен получить. Ведь они принадлежат его семье, его детям».

После десятого класса из 25 одноклассников Смбата 15 поступили в высшие учебные учреждения. Он был среди этих ребят, и вся семья гордилась им. Учился на вечернем отделении, а днём работал – на химкомбинате и учителем черчения в школе.

Окончив институт, выпускник должен был идти в армию в 1973 году. Его направили в Чехословакию в город Млада-Болеслав. Тогда Смбату Николяну и в голову бы не пришло, что спустя 30 лет он приедет со всей семьёй жить в Чехию, в Теплице. А во время службы ему пришлось заниматься строительством. Правда, сегодня на месте столовой, которую он строил, стоят жилые дома.

На стройке века

В 1977 году Смбат Николян уехал на строительство Байкало-Амурской магистрали с братьями Саркисом, потом и с Арташесом, после трагической смерти отца. Здесь он проработал до 1983 – от мастера до начальника управления. Уже будучи на руководящем посту, понял, что без экономического образования сложно иметь представление о всём объёме работ, которые предстояли, потому в Хабаровске отучился на экономиста.

БАМ – это отдельная история и в памяти останется навсегда. Его строили действительно всей страной. Люди были в таком воодушевлении: их не пугали никакие трудности. Смбат вспоминает, как они открывали первый панельный завод. Как прокладывали не только железную, но и дороги по болотам, строили дома. Чтобы привлечь молодёжь, тем, кто служил в армии, разрешалось последние полгода заменить на работу на бамовских обектах. Это им зачитывалось как служба в армии, а к этому и зарплата была. БАМ действительно был молодёжной стройкой, где кроме зарплаты молодые люди получали разные льготы и даже могли купить себе «Жигули».

«Там отношения были удивительные – взаимопомощь, взаимовыручка,– вспоминает Смбат Герасимович. – Ведь всюду тайга – иначе не проживёшь. А каких интересных людей мы там узнали: местные отдали бы вам последнее! Я думаю, что сама суровая природа учит их порядочности и щедрости».

Назад в Армению строитель, проехавший всю страну, вернулся в 1988 году, а удержала его там  настоящая трагедия – страшное Спитакское землетрясение. Они были дома в тот день, 7 декабря, когда почувствовали толчки и выбежали из дома. Землетрясение, которое длилось всего 30 секунд, погубило 25 тысяч человек. Полмиллиона остались без крыши над головой.  Очень быстро городские улицы наполнились криками и стонами. Люди бросились разыскивать родных, натыкаясь на руины, на месте которых раньше стояли дома, школы и магазины.

До сегодняшнего дня Смбату Герасимовичу больно вспоминать мучения и страдания, которые он видел. Но тогда не было времени – нужно было спасать людей. Николян послал телеграмму в Министерство строительства с просьбой перевести его на работу в Армению. И это сразу же было сделано, потому что на этот момент важнее объекта быть не могло.

Через боль и страдания

Первым делом нужно было эвакуировать оставшихся на улицах людей и спасать тех, кто находился под завалами. Смбат Николян поехал в Спитак, потом в Ленинакан. Как специалист, он точно знает, что вина за такое разрушение лежит и на строителях, о чём открыто и говорит: «Некачественный бетон, некачественный раствор, разворовали что могли, – я пальцем в швах домов мог убрать раствор, а он должен быть крепче, чем кирпич! А проекты? Почему на завод дают тяжёлые крыши, когда можно было делать облегчённые варианты? Тогда никто не стал разбираться и наказывать виновных. Ведь работали как? Бесконтрольность, план, отчёты, а качество страдало. Если бы действительно нашли виноватых и наказали, другие бы подумали уже, прежде чем воровать».

От рассказа очевидца и сегодня мороз идёт по коже: в разрушенных городах стояли плач и стоны людей. Некоторых не смогли достать из-под завалов, потому что техники для этого не было, и люди замерзали. А потом вместе с плитами грузили кости и отвозили.

Эвакуацию Николяну невольно пришлось взять в свои руки: стояли поезда из Грузии, России, ждали пострадавших, чтобы их отвезти в Адлер, где для них уже приготовили санатории, гостиницы, питание. А людям никто не сказал: не разъяснили, куда повезут, что делать, если и документов-то никаких нет. «Опять же – стоит машина, водитель ко мне бежит, спрашивает, куда деть продукты, которые он привёз для пострадавших? – вспоминает Смбат Герасимович. – Выгрузили в одно купе и туда посылали людей, чтобы могли разобрать. Потом уже все ко мне с вопросами по организации подходили».

Потом человека, координирующего действия людей, увидел Степан Шалаев, направленный туда Центральным комитетом, подошёл, поблагодарил и попросил доехать до Адлера в качестве сопровождающего, чтобы помочь на месте разместить людей. Когда уже были готовы, позвонили из Спитака, что едут раненые, нужно им освободить вагон. И люди без разговоров разместились поплотней, чтобы оставить место для привезённых, а Смбат Николян поехал в Адлер на машине. На железнодорожном вокзале города, наверное, никогда столько людей не было, столько слёз там никогда не проливали. «А когда я увидел, как хорошо приготовились там к нашему приезду – и в комнатах, и в столовой всё уже было готово, ждали нас, я и сам не удержался – расплакался», – вспоминает Смбат Герасимович.

Потом начали строить. В этот раз уже качественно, добросовестно. Планировалось восстановить за два года, но не успели бы, базу нужно было делать для начала. А тут произошёл распад Советского Союза, потому восстанавливать страну было некому. На долгое время города прекрасной Армении остались без электроэнергии, без отопления, без воды. Только о том, как тяжело живёт армянский народ, особо ничего не говорилось.

У семьи самих Николянов трагедия забрала жизни 11 родных. Двоюродный брат вместе с женой погибли на трикотажной фабрике Ленинакана, на которой они работали.

У Смбата Герасимовича есть правительственная награда «За участие во вспомогательных работах и восстановление Армении после землетрясения».

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя