Сергей Серов: «В России дизайна нет, а дизайнеры – есть»

0
111
Сергей Иванович Серов
Сергей Иванович Серов

Сергей Иванович Серов – человек для россиян не самый известный, не то что в Европе.

Его деятельность развернулась в той сфере культуры, которая в России до сих пор остается теневой и второстепенной – в сфере графического дизайна.

Огромная заслуга Сергея Иваноаича заключается ещё и в той просветительской деятельности, которую он неустанно ведёт в условиях не очень податливой российской действительности.

Он старается внедрить в массовое сознание мысль о том, что окружающий нас мир может быть и должен быть красивее, чем он есть. Ведь каждый рекламный плакат и каждая обложка журнала — это не просто серый объект повседневности, но повод для секундного эстетического восторга.

В декабре в Праге проходил второй фестиваль русского графического дизайна «Rodchenko120 Fest», который был посвящён 120-летию со дня рождения российского фотографа и графика, автора знаменитых рекламных плакатов «Лучших сосок не было и нет» Александра Родченко. На фестиваль приехал Сергей Серов, с которым побеседовала корреспондент «ПТ» Яна Гриднева

Сергей Иванович, в возникновении проекта «Родченко» Вы принимали косвенное, но очень важное участие…

 Да, можно и так сказать. Rodchenko120 Fest родился как дипломный проект моей ученицы Валентины Удинцевой, и вот теперь он воплощён в жизнь. И я этому несказанно рад!

 В чём же исключительность данного проекта?

 Эту исключительность подчёркивает само название. Александр Родченко выступает здесь с одной стороны как историческая личность, а с другой – как символ. Ему выпала судьба представителя всего русского графического дизайна.

Фестиваль, с одной стороны, посвящён современному российскому дизайну, а с другой, призван напоминать о том славном, а вернее, единственном моменте в истории, когда Россия была реальным лидером мирового дизайна – о русском авангарде 1900-1930-х годов.

 Сейчас в России происходит нечто похожее на бум дизайна. Каждая уважающая себя компания держит в штате дизайнера. Раньше и подумать об этом нельзя было.

 То, что сейчас происходит в России, можно назвать только бумом плохого дизайна. Наша страна вообще территория недизайнерская, и каждого человека, который занимается в России чем-то подобным профессионально и с душой, иначе как героем не назовёшь.

Но таких очень немного. Настоящий бум был только во времена Родченко. По отношению к российской действительности я ещё с советских времен употребляю формулу «дизайна нет, а дизайнеры – есть».

Да, я слышала эту интересную формулировку, что же вы имеете в виду?

 Ещё Николай Бердяев говорил, что русские не знают границ. Это заложено в нас. Беспредельное пространство, в котором мы существуем, сформировало такой менталитет. Россия начинается на Украине, где тепло, хорошо и можно жить, и кончается – в открытом космосе, потому что наши заполярные города иначе как открытым космосом назвать не получается.

Там всё запредельное: и температура, и уровень жизни. Так вот, границ мы не знаем, но форма рождается именно из границ, а весь графический дизайн – это форма. В Европе, раскроенной на маленькие кусочки, форма господствует всюду. Европейцы привыкли максимально выгодно использовать своё пространство.

Здесь любая домохозяйка, когда пишет записку мужу, обращает внимание на поля, на расположение текста. Таблички с названиями улиц, вывески на магазинах – графический дизайн здесь всюду.

А в России?

Мы же таких вещей, как правило, не замечаем. Другая проблема заключается в общем уровне культуры. Он в России остаётся ниже, чем в европейских государствах. Поэтому те единицы, которым удается постигнуть всю важность формы, которые стараются скрасить окружающую нас действительность – они больше, чем дизайнеры.

Ведь «поэт в России, больше, чем поэт», также и дизайнер в России не просто ремесленник, он – проводник культуры, который каждый свой рабочий день пытается пробить нашу русскую вечную мерзлоту. На практике это проявляется в противостоянии тупым заказчикам, или, например, в том факте, что общественное сознание у нас не знает имён дизайнеров. Попросите человека на улице назвать имена четырёх поп-звезд, а потом имена четырёх графических дизайнеров – увидите.

 Пожалуй, и я могу предсказать исход подобного эксперимента. Но как же наша молодёжь, которая в последнее время очень этим увлеклась? Теперь уже никто не хочет быть юристом, только дизайнером. Они-то назовут имена…

 Россия никогда не любила жить, она любила ходить на баррикады, бросаться на амбразуру, в общем — умирать. Дизайн же – это явление благополучной среды. Он направлен на обустройство человеческой жизни. Как раз сейчас наша страна начинает чувствовать интерес к жизни, которая происходит здесь и сейчас, а не к жизни после смерти. Мы  начинаем благоустраивать пространство вокруг себя – и вот вам итог. Общественный интерес  первым делом появляется у нового поколения, дизайн становится «модным», «прикольным».

 Я знаю, Вы часто бываете здесь, в Чехии, с чем это связано?

 Чехия – это моя первая в жизни заграница, 21 год назад я оказался здесь на биеннале в Брно. Многообразная деятельность, которой я занимаюсь сейчас в России, во многом обязана мгновенному, но очень сильному впечатлению, которое оказала на меня та биеннале в 1991 году.

Уже в 1992 году я учредил в Москве Академию графического дизайна и международную биеннале «Золотая пчела». Эти, а также все прочие издательские и образовательные проекты, которые я вёл или веду, как из семечка выросли из той первой поездки заграницу. С тех пор я никогда не пропускаю биеннале в Брно, и, конечно же, периодически заезжаю в Прагу.

Вы говорили о том, что графическому дизайнеру не обязательно быть художником. Какими же навыками и внутренними качествами необходимо обладать , чтоб стать дизайнером?

 Как я уже говорил, дизайнер в нашей стране — это прежде всего деятель культуры. Поэтому внутренние, духовные качества здесь даже важнее, чем какие-либо навыки. Но, несомненно, как каждый творческий человек, графический дизайнер должен иметь в себе искру божию, или, другими словами, талант.

 Сергей Иванович, Вы уже много лет преподаёте графический дизайн.  Неужели всему тому, о чём мы сегодня говорили, можно научить?

 Для ответа на этот вопрос у меня тоже есть подходящая фраза: научить — нельзя, научиться – можно. Здесь уже всё зависит от ученика. Лия Ахеджакова перед каждым выходом на сцену страшно волновалась, она плакала и говорила: «Я не артистка, я не могу!». Это именно то, что требуется от ученика. Всегда стремиться ещё дальше, никогда не останавливаться.

 

 Какой жанр графического дизайна Вам кажется самым интересным и выразительным?

Мне кажется, здесь уместно упомянуть жанр плаката. Он, без сомнения, является самым концептуальным. В нём некуда спрятаться — нужно обязательно продемонстрировать свою позицию. Например, когда работаешь с упаковкой, сама суть задания предполагает выполнение определённых требований. Ведь упаковка – это коробка, у коробки есть своя форма – и это служит определенной стартовой позицией и накладывает определенные ограничения.

Плакат же – это изначально белый лист. Интересно, что многие из наших дизайнерских студий, очень приличных и с заслуженным именем, плакат сделать не в состоянии – это о многом говорит. Именно поэтому своим студентам я даю задание после каждой лекции нарисовать плакат, имеющий отношение к её содержанию.

А какие ещё задания Вы даёте своим студентам?

Это зависит от того, чему конкретно я хочу их научить. Например, каждый графический дизайнер должен понимать своё коренное отличие от художника. Оно состоит, прежде всего, в том, что главная забота художника – это рисунок, а первое место в дизайнерской работе занимает белое, незаполненное пространство, которое мы должны уметь организовать.

Поэтому часто я задаю своим студентам нарисовать свой автопортрет, используя буквы их собственного имени. Однако использовать они должны не сами буквы, а белое пространство в них. Например, в О – это круг, овал, Е — это что-то вроде двух квадратов, и так далее.

Сергей Иванович, мы сегодня говорили о России и русских, скажите, а как Вы оцениваете всё то, что происходило недавно в Москве и других городах, тысячные митинги и протесты?

Это, конечно, похоже на какое-то чудо. Вдруг стало ясно, что не все спят, не все уехали. В людях оказалась жива память о том, что случилось 20 лет назад, тогда ведь тоже произошло чудо. Правда, есть и отличия, конечно. Тогда-то всё происходило постепенно.

Несмотря на то, что сам путч случился достаточно внезапно, он был ничем иным, как итогом долгой череды событий. Здесь же такого поворота событий практически ничего не предвещало. Уверен, что ни сам Навальный, ни его соратники не ожидали такого массового воодушевления. Это был шок для всех. Но шок приятный.

 

Опубликовано в газете «Пражский телеграф» №3

Подпишитесь на нашу рассылку и присоединяйтесь к 156 остальным подписчикам.
Производитель спецкабелей Kabex - Пражский Телеграф /><noscript><img class=
Предыдущая статьяАлмазные копи доктора Голуба
Следующая статьяТамплиеры, да Винчи и Рембрандт – гиганты в Чехии

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя