«ПетРо Дуэт»: фортепианное искусство с берегов Невы

0
45
ПетРо Дуэт
ПетРо Дуэт

В начале сентября в Праге прошли дни Санкт-Петербурга. В рамках презентации Северная столица России привезла для пражской публики культурную программу, демонстрирующую богатство и разнообразие петербургского искусства. В мероприятии принял участие и известный фортепианный ансамбль, лауреат международных конкурсов «ПетРо Дуэт».

Корреспондент «Пражского телеграфа» Альфия Карипова встретилась с его участниками – Анастасией Рогалёвой и Дмитрием Петровым – и узнала немало интересного о буднях академического дуэта, нюансах музыкального искусства, пражских впечатлениях и многом другом.

Анастасия, Дмитрий, как и когда зародился ваш творческий союз, какой год можно считать основанием «ПетРо Дуэта»?

А.Р.: Мы считаем, что он появился в 2001 году. Тогда мы впервые выступили на Международном фестивале искусств «От авангарда до наших дней».

Д.П.: В тот год поступило предложение сыграть несколько произведений, в том числе и композитора Игоря Рогалёва, который является художественным руководителем фестиваля. Он написал специально для нашего дуэта «Танго», которое мы исполняем по сей день. Так состоялась премьера сочинения и одновременно дебют нашего ансамбля. Потом это сочинение вошло в сборник «Тетрадь маршев и танцев памяти Валерия Гаврилина», который вышел несколько лет назад.

Получается, уже 13 лет вы выступаете вместе. Значит «ПетРо Дуэт» появился, когда вы были ещё студентами консерватории?

Д.П.: Я уже был аспирантом Санкт-Петербургской консерватории, а Анастасия её в то время заканчивала. У нас разница – год. По специальности учились у одного преподавателя. К тому времени мы были уже достаточно давно знакомы и собирались пожениться.

Вы активно гастролируете? Успеваете ли совмещать это с преподаванием в консерватории?

А.Р.: Да, мы достаточно активно гастролируем: выступали во Франции, Италии, Греции, Финляндии, Эстонии. В мае, например, мы вернулись из Японии, выступали там на международном фестивале. А живём мы в Петербурге, оба преподаём в консерватории. Если уроки выпадают на время гастролей, то мы дополнительно занимаемся со своими студентами после возвращения. Так что мы стараемся успевать везде…

Что означает название вашего дуэта?

А.Р.: Всё очень просто. У Дмитрия фамилия Петров, у меня – Рогалёва. Мы сложили первые буквы своих фамилий и получилось такое красивое название. Кроме того, оно ассоциируется также с Петербургом, поэтому мы вдвойне рады, что всё очень гармонично сложилось.

Кроме того, что вы много исполняете классическую академическую музыку, занимаетесь ли вы сочинением?

А.Р.: Мы, в основном, делаем аранжировки, собственные переложения произведений Баха, Листа, Рахманинова, Равеля, Штрауса, Сибелиуса, Глинки, Свиридова.

Д.П.: Этим в основном занимается Анастасия. Она обладает очень хорошим слухом. Но, видно, это генетически заложено от её папы-композитора Игоря Рогалёва.

А каков ваш репертуар, есть ли у него хронологические или стилистические рамки?

А.Р.: Репертуар у нас, на самом деле, очень обширный. От старинной музыки до наших дней. В старину же тоже писали для двух клавиров. Иногда мы играем в четыре руки на одном рояле, а иногда на двух. Это зависит от зала. Если там есть два инструмента, то они просят репертуар для двух роялей, если нет – то четырёхручный для одного. В этом есть разница. Мы заранее оговариваем это и формируем свою программу.

Что вы представили пражской публике, связана ли программа с Северной столицей?

Д.П.:  На пражском концерте мы представили творчество петербургских авторов. Мы и выстроили программу так, чтобы звучала только русская музыка: Рахманинов, Скрябин, Шостакович в собственном переложении, Гаврилин и Рогалёв. Ещё «Итальянская полька» Рахманинова, но это на сладкое. Программа сделана так, что её широкой аудитории нетяжело слушать. Это, так сказать, экскурс по русской классике, небольшие пьесы.

Всегда ли программу вашего дуэта к конкретному концерту формируете вы сами?

Д.П.: Иногда нам организаторы предоставляют свободу, иногда мы участвуем в тематических концертах. Например, в ежегодном фестивале «Балтийские Фортепианные Дуэты». Это формат двухрояльного концерта с оркестром.

А.Р.: В позапрошлом году мы впервые в России сыграли Концерт для фортепиано в четыре руки и оркестра Альфреда Шнитке. Позже мы исполнили российскую премьеру Концерта Гедини. Очень непростая музыка. Это 1947 год. Гедини – итальянский композитор, пианист и музыковед, который долгое время был ректором Миланской консерватории, но он у нас почти неизвестен.

А как тогда решалась вечная проблема с иностранными нотами, они были в открытом доступе?

А.Р.: Доступ нам открыли итальянцы, в интернете и наших библиотеках их нет. Такая же история и с Концертом Альфреда Шнитке. Во-первых, он не опубликован. Во-вторых, для приобретения этих нот мы привлекли и организатора фестиваля, который лично договаривался и переписывался с Лондоном. И потом из Англии пароходом шли к нам распечатанные партитуры. В России же права на издание некоторых произведений Шнитке ещё не вступили в силу.

Необходимо ждать 70 лет после смерти автора?

Д.П.: Да-да. Все эти законы с авторскими правами, на самом деле, у нас очень непростые. Поэтому всё держится на личных связях и приходится договариваться.

А вам самим музыка Альфреда Шнитке близка по духу? Она ведь достаточно своеобразна и непроста…

А.Р.: Этот Концерт Шнитке был очень сложный, он был написан уже после третьего инсульта автора. Просто когда ты такую музыку слушаешь – это одно, а когда начинаешь учить, играть и пропускать через себя, то она становится ближе.

Д.П.: Думаю, что публика всё равно должна быть к такой музыке подготовлена. Это я уже чётко понимаю. Она не предназначена для человека, который пришёл на концерт праздно отдохнуть. На такой музыке сложно отдохнуть, она заставляет думать.

Во время работы над исполнением российских премьер вы сотрудничали параллельно с музыковедами, которые бы разбирали нюансы произведения, его форму?

Д.П.: Нам так повезло, что у Анастасии Игоревны папа – профессор Санкт-петербургской консерватории и преподаёт анализ музыкальных форм. Поэтому мы, если возникают вопросы, всё оговариваем с ним. Опять же мы можем всегда обратиться и к своему преподавателю…

Вы учились с детства у одного преподавателя по фортепиано?

Д.П.: Я учился у него с 10 лет, а потом сразу из школы поступил к нему же в консерваторию.

А.Р.: А я поступила в консерваторию после третьего курса училища. Решила не заканчивать его, а школу окончила экстерном.

Д.П.: Анастасия большая молодец, она всегда отлично училась, много знает. Я всё время говорю, что благодарен за то, что у меня в семье есть человек, к которому можно обратиться по любому вопросу и получить точный ответ и массу дополнительной информации.

Анастасия, Дмитрий, а как Вы дома делите фортепиано, когда занимаетесь?

А.Р.: У нас два пианино. Но мы всё-таки понимаем, что у нас есть соседи, мы живём не в отдельном доме. А вообще, мы занимаемся в консерватории после преподавания. До 10 часов вечера там можно оставаться, это не проблема.

Д.П.: Вроде бы и не мешаем друг другу, но когда играем за одним роялем, приходится приспосабливаться. Мне очень повезло, что у меня достаточно хрупкая жена, и я занимаю три четверти пространства за инструментом. Иначе нам бы было очень тяжело. У нас в репертуаре, кстати, есть юмористическая зарисовка-попурри, которая так и называется «Как фортепианному дуэту поделить один инструмент». Мы там толкаемся, пихаемся, буквально вырываем друг у друга банкетку, чтобы сесть, что-то изобразить.

Получается ли у вас хоть иногда не только учить и исполнять в дуэте партии, а просто, для души, импровизировать?

А.Р.: Мы балуемся изредка, но это не профессионально. Я считаю, что игра джазовых историй находится не ниже классического исполнения, а идёт параллельно. Чтобы это делать хорошо, этим нужно реально много заниматься.

Какие у вас впечатления от осенней Чехии? Впервые ли вы в Праге?

Д.П.: Да, мы здесь в первый раз. Нам безумно нравится! Мы, как только проснулись сегодня в 6 утра, сразу побежали в город. Жена сказала, что у нас крайне мало времени, и мы должны срочно куда-то идти. И добежали, между прочим, до Пражского града, сделали 250 фотографий на фотоаппарат и 360 на телефон. Отредактируем их, отдохнём и пойдём дальше. А потом вновь заниматься.

Опубликовано в газете «Пражский телеграф» №39/280

Подпишитесь на нашу рассылку и присоединяйтесь к 142 остальным подписчикам.
Производитель спецкабелей Kabex - Пражский Телеграф /></a><br></div>        </div>

        <footer>
            <!-- post pagination -->            <!-- review -->
            <div class=
Предыдущая статьяЗабытая Прага
Следующая статьяДела сердечные

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя