Генерал-майор в отставке Петр Брох: «Я не мог не полететь на парад в Москву»

0
38
Генерал-майор в отставке Петр Брох: «Я не мог не полететь на парад в Москву»
Генерал-майор в отставке Петр Брох: «Я не мог не полететь на парад в Москву»

71 год прошёл с того дня, как сержант Михаил Егоров и младший сержант Мелитон Кантария водрузили Знамя Победы над рейхстагом. Однако с каждым годом всё меньше и меньше становится тех, кто помнит об этом, кто пережил самые страшные годы в истории человечества — годы смертей, голода, потерь. Одним из свидетелей тех событий был и генерал-майор в отставке Петр Брох.

Он родился в семье волынского чеха и украинки. Когда ему было всего 11 лет, началась война, и он вместе с матерью ушёл в партизаны. Уже в двенадцатилетнем возрасте юный Петя получил орден Боевого Красного Знамени, два года спустя был награждён орденом Красной Звезды, а будучи пятнадцатилетним пацаном, в составе специальной разведгруппы освобождал Прагу, где и остался после окончания войны.

Сейчас Петр Брох всё так же живёт в Праге, пишет статьи для различных чешских изданий и проводит беседы с учащимися школ о днях войны. «Пражский телеграф» неоднократно обращался к Петру Броху за комментариями и советами. Сегодня мы публикуем интервью, сделанное на основании нескольких бесед с генерал-майором Петром Брохом.

Пётр Фёдорович, давайте начнём с самого начала — с детства, с Родины, с Вашего довоенного прошлого.

Я родился в 1931 году в селе Ольшанка Чудновского района Житомирской области. Это чешская деревня, в которой было всего 143 дома, но у нас были и своя школа, и даже музыкальный клуб. Местные чехи были отличными земледельцами, и природа одарила нас прекрасной землёй – почти 7 метров в глубину чернозёма. И я рос, как настоящий деревенский мальчишка. Надо было и коров пасти, и сена заготовить, и дров нарубить…  А параллельно нужно было и в школу ходить, но я всё успевал!

Война Вас застала дома?

Мне было 11 лет, когда немцы пришли к нам в деревню. Я даже помню день – 7 июля 1941 года. В этом же году мы основали партизанский отряд, в который входила вся наша деревня. Мы с мамой тоже были зачислены в партизаны. Только хмелевод отказался воевать и перешёл к немцам, но они его позже всё равно казнили за то, что тот попытался украсть вагон с подарками для немцев к Новому году.

Самым тяжёлым для страны оказался первый год войны. Как Вам удалось пережить этот период?

Вы правы, это было невероятно тяжёлое время. Жили мы в лесу, кормились тем, что могли найти. Землянки ещё построены не были, а потому приходилось ночевать в стогах сена. Когда ударили 40-градусные морозы, у моей мамы отмёрзли ноги… Лишь в 1943-м году почти у каждой семьи появилась своя землянка, и была даже организована школа. Утром мы учились, а во второй половине дня воевали.

Чем занимался ваш партизанский отряд?

У партизан военные операции довольно специфичны. Цель партизан – нарушать, минировать, взрывать, нападать и вовремя исчезать.

Чем могли помочь отряду мальчишки вроде Вас?

Детей в отряде было много. Мы занимались тем, что взрывали различные грузовые составы, поджигали военные склады, перерезали провода. Подобные задания выполняли в основном ребята моего возраста, потому что именно дети меньше всего привлекали внимание при проведении таких операций. Так я и получил свой орден Боевого Красного Знамени. В 1942-м году мне удалось подорвать на Житомирщине целый состав, на котором было 24 немецких танка. Помню, как потом щеголял перед своими сверстниками орденом…

Какие чувства Вы испытывали: жажду мести, выполненного долга или что-то другое?

Мысли о том, что мстил за свою семью, деревню отошли на второй план. Я, главным образом, был рад тому, что мне удавалось помочь своей родной Красной Армии бить ненавистного супостата, выполнить свой долг перед Родиной.

В 1943-м году ваш отряд объединился с другими в крупное соединение под командованием генерала Сабурова. Что это был за человек? 

Уже в то время это имя гремело среди партизан, и мы знали, что отряды под его командованием успешно действуют в тылу врага. Но мне запомнилось, в первую очередь, как всё было налажено в отряде Сабурова. Там были разведчики, радиостанции, оружие, боеприпасы — словом всё то, чего так не хватало нам.

Насколько крепкой была дисциплина в его соединении?

За малейшую провинность, отступление от партизанского или армейского устава полагалась суровая кара. Но благодаря этому мы верили друг другу и могли положиться на своих товарищей по оружию.

Во время войны Вы служили и в действующей армии. Как и с какого момента началась Ваша армейская жизнь?

В 1944-м году я вступил в 1-ю Чехословацкую отдельную пехотную бригаду Людвика Свободы, которая была позже преобразована в 1-й Чехословацкий армейский корпус. В октябре 1944 года под командованием Свободы наши войска вместе с советскими частями взяли укреплённый Дукельский перевал, освободили Закарпатскую Украину, Словакию и вступили на территорию Чехии, за освобождение которой вели дальнейшие бои до конца войны.

Насколько мне известно, в составе разведгруппы 1-го Чехословацкого армейского корпуса Вы освобождали и Прагу…

Именно так. В город мы вошли 9 мая 1945-го года, заняв сначала аэропорт в Кбели, а затем в Рузыне. Помню, как мы проезжали по городу на «додже» с американским флагом по тем местам, где ещё неделю назад были немцы. Люди встречали нас овациями и цветами. Помню, в тот день в первый раз в жизни я попробовал чёрное пиво. И его сладковатый с карамельной ноткой вкус навсегда остался для меня вкусом Победы.

Что, кроме этого вкуса Победы, ещё отложилось в памяти с той поры?

Это случилось в июле 1943-го. Помню, как меня вызвал командир, дал мину и приказал взорвать железнодорожные пути. Мне тогда было двенадцать лет, и потому немцы, которые сторожили железную дорогу, даже не обратили внимания на мальчишку, пасущего рядом стадо коров. Я же улучил момент, пока они были увлечены игрой в карты, и подложил мину.

Тогда никто не знал, что помимо танков, взорвавшийся состав перевозил и взрывчатку. Уверен, что такого фейерверка не было даже во время Парада Победы на Красной площади! К тому же, взрыв был настолько сильным, что немцы смогли восстановить движение на повреждённом участке лишь через 18 дней. После возвращения в отряд командир мне сказал, что я получу за успешно выполненное задание награду, а я вместо этого попросил у него шоколад.

Это одно из самых светлых военных воспоминаний, а самым грустным стала смерть Яна Налепки, героя словацкого народа и командира словацкого партизанского отряда, которая произошла прямо на моих глазах.

Как сложилась Ваша послевоенная жизнь?

После войны я принял решение остаться в Чехословакии и начать здесь новую жизнь. Будучи офицером Красной Армии, я пошёл учиться в чехословацкую офицерскую школу и в 1952 году получил звание старшего лейтенанта. Несколькими годами позже я поступил в воздушно-десантные войска. Однако в начале 60-х годов я ушёл из армии и перешёл на партийную службу.

Окончив Высшую партийную школу в городе Наход, я начал работать в качестве ответственного по военным делам в контрольно-ревизионной комиссии ЦК КПЧ. В конце 1980-х я вышел на пенсию и с тех пор изучаю историю, пишу статьи, провожу лекции, на которых рассказываю молодому поколению о своём военном опыте.

Как часто бываете в родных местах?

В последний раз я был в Житомире в 2010-м году. Туда меня позвали на празднование 65-й годовщины освобождения Украины Красной Армией. Мне вручили форму, специально привезённую для меня из Москвы генерал-полковником Александровым и сыном самого инженера Калашникова.

Что бы Вы пожелали молодому поколению?

Люди моего возраста всегда желали лишь одного: чтобы не было больше войны. А молодому поколению я хочу пожелать, чтобы они были достойными наследниками своих отцов, дедов и прадедов, ведь всё, что они делали, они делали для вас!

Бесстрашие и неравнодушие Петра Фёдоровича и сегодня вызывает уважение. А он тогда не боялся — за него переживала мама, каждый раз провожая, как навсегда. И будучи мальчишкой, и уже взрослым человеком после войны, он совершал бесстрашные поступки: в его послужном списке 700 прыжков с парашютом. А пару лет назад Петр Брох не только отбился от двух молодых грабителей на Главном вокзале, но и сдал их полиции.

В 87 лет у него крепкое рукопожатие. А в мае 2015 был совершён очередной смелый поступок – перелёт в Москву. Врачи, делавшие ему операцию по трансплантации сердца, настоятельно рекомендовали остаться дома, поскольку такие перегрузки для здоровья небезопасны. Но н парад в честь 70-летия победы Петр Брох не мог не полететь. Он знал, что там уже мало кого увидит из тех, кто может рассказать о войне. Но чешский президент Милош Земан готовил делегацию, в которой был и Пётр Фёдорович. За пять лет до поездки в Москву в Житомире генерал-майор получил новую форму к 65-летней годовщине Победы. Все ордена на форму поместить не удалось. В этой форме он был на параде, получал новую награду – «70 лет Победы в Великой отечественной войне». В этой форме был он и на приёме в посольстве ЧР в Москве.

«Для меня была очень важна эта поездка, — рассказывает Пётр Фёдорович, — не знаю, получится ли съездить в следующий раз. Мы были на параде, смотрели на новую технику. Для меня, как человека военного, парад всегда праздник. Я видел молодых воинов, и видел восхищённые взгляды гостей. Потом на встрече с ветеранами и сегодняшними воинами мы вспоминали наших друзей, и я, непьющий вообще человек, даже выпил 100 полковых граммов с президентом Владимиром Путиным за здоровье».

Опубликовано в газете «Пражский телеграф» №18/362

Подпишитесь на нашу рассылку и присоединяйтесь к 140 остальным подписчикам.
Производитель спецкабелей Kabex - Пражский Телеграф data-lazy-src=
Предыдущая статьяАмериканские горки Aircraft Industries
Следующая статьяЧешские полицейские выяснили, кто облил собачку кислотой в Бланско

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя