Альтшуллеры – врачи, лечившие знаменитостей

0
35

В период первой миграционной войны из России Прага стала своего рода убежищем для многих известных людей. Некоторые из них не жили здесь долго, но оставили яркий след в истории русской эмиграции.

Семья потомственных врачей Альтшуллеров приехала в Чехословакию в 1922 году, и сегодня о бескорыстном и самоотверженном докторе Григории Исааковиче у потомков первых эмигрантов хранятся благодарные воспоминания. Альтшуллер-младший лечил в основном  представителей белой эмиграции, живших здесь после Первой мировой войны. Незадолго до начала Второй он и его семья уехали в Америку, не зная, что уже никогда в Прагу не вернутся.

Его отец – врач Исаак Наумович Альтшуллер (1870–1943) – в царской России в представлении не нуждался. В его туберкулезной больнице в Ялте лечились и поправляли здоровье многие известные люди. Он был врачом Антона Чехова и Льва Толстого, которые к нему относились с глубоким уважением, среди его пациентов были Александр Куприн, Иван Бунин и др.

Лечение в его больнице было бесплатным для всех без исключения и в Ялту ехали люди – имущие и нищие – отовсюду. Никому никогда не отказывали. Но всё оборвала революция 1917 года: беспорядки, постоянные смены власти, недоверие каждой из них принудило доктора Альтшуллера к мысли об эмиграции. Помог ему один из его бывших пациентов, на тот момент большевик.

Исаак Наумович вместе с семьей выезжает в Константинополь, а затем в Европу и Прагу. Вместе с ним в столицу молодой Чехословакии приехали его жена Мария Абрамовна и сын Григорий (1895–1983) вместе с семьёй – женой и годовалой дочерью и сестрой Екатериной. Альтшуллер-младший ещё до эмиграции изучал в Московском университете медицину и помогал отцу в туберкулёзной больнице в Ялте.

Лечили в Берлине и Праге

Григорий Исаакович задержался в Праге дольше, чем его отец, лечивший многих известных людей не только в России, но позже в Берлине, но дело отца Альтшуллер-младший продолжил, закончив Карлов университет, где ему учли и обучение на родине. Один из известных чешских врачей – Ладислав Силлаба, высоко оценив способности молодого человека, взял его к себе в больницу на Карловой площади в качестве ассистента.

Поначалу, в 1922 году, Альтшуллер-младший поселился с семьёй в деревне Мокропсы. В 1923 году у них родилась ещё одна девочка. Отсюда каждое утро он уезжал в Прагу, возвращаясь поздно вечером. В деревне в это время жило несколько семей русских эмигрантов и среди них Марина Цветаева. «Там я встречал и Марину Цветаеву, – вспоминал Григорий Исаакович, – с которой довольно хорошо познакомился. Это была замечательная молодая женщина, целиком поглощённая своей литературной деятельностью, созданием и публикацией ярких и оригинальных стихов, перепиской с друзьями-поэтами в России, в Германии и во Франции. В Праге у неё было несколько друзей в узком кругу русской интеллигенции и литераторов, но большую часть времени она избегала общения и проводила за своим рабочим столом».

Постепенно русская диаспора в Мокропсах разрасталась, а молодого врача стали посещать с визитами в воскресенье – его единственный выходной – все соотечественники, жившие поблизости.

Если нужно, принимал и роды

Его удивила одна из встреч с Мариной Цветаевой, когда она уже ждала своего выстраданного сына Мура. Поэтесса неожиданно объявила Григорию Исааковичу, что он будет принимать у неё роды. Молодой врач, специализировавшийся на внутренних болезнях, возразил, объяснив, что просто не умеет этого делать.

И тем не менее всё случилось, как говорила Марина Цветаева, до этого посещавшая врача в Праге и видевшая роддом, где в палатах было до 30 рожениц. Возможно, ей было страшно представить, что она лишится своего одиночества и окажется среди чешскоговорящих врачей – чешский язык Марина Цветаева не любила и не хотела учить.

«Теперь это Ваше дело»

В последний январский вечер 1924 года в двери дома Григория Исааковича постучали. На улице была метель, а за дверью оказался чешский мальчик, который попросил врача незамедлительно идти к пани Цветаевой. «Вам следует поторопиться, это уже началось», – добавил он. В это время Цветаева жила во Вшенорах, в паре километров  от Мокропсов. Молодой врач быстро собрался и вместе с мальчиком отправился в непростой путь через лес, заметённый снегом.

«Я открыл дверь и вошёл в дом, – писал позже Альтшуллер-младший. – В тусклом свете единственной электрической лампочки в углу комнаты были видны кипы книг, достававшие почти до потолка. Скопившийся мусор был сметён в другой угол. Марина лежала на постели, пуская кольца дыма, — ребёнок уже выходил. Она весело меня поприветствовала: «Вы почти опоздали!» Я оглядел комнату в поисках какой-нибудь чистой ткани и кусочка мыла. Не оказалось ничего: ни чистого носового платка, ни тряпки. Марина лежала в кровати, курила и говорила, улыбаясь: «Я же сказала Вам, что Вы будете принимать моего ребёнка. Вы пришли — и теперь это не мое, а Ваше дело».

Окончание в №12(407)

Ирина Костина

Фото: ruslo.cz

Подпишитесь на нашу рассылку и присоединяйтесь к 140 остальным подписчикам.
Производитель спецкабелей Kabex - Пражский Телеграф data-lazy-src=
Предыдущая статьяКорона для танцующего короля
Следующая статьяВ центре внимания – Бабиш

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя