Николай Келин: «…неисповедимы пути духа человеческого…»

Николай Андреевич Келин

«Много горя и радости видел я в своей мозаичной жизни», – неоднократно вспоминал Николай Андреевич Келин. По рождению – донской казак, по природе – поэт, по профессии – врач. Будучи в эмиграции, выдающийся доктор медицины обрёл долгожданный жизненный покой. Но призраки прошлого возвращались…

Николай Андреевич Келин родился 28 ноября 1896 года в станице Клетской Усть-Медведицкого округа. Своего отца он вспоминал как человека изумительной доброты: «Песельник и весельчак, помню, в компаниях он всегда был окружён смеющейся толпой». Мать принадлежала к числу лучших красавиц станицы: «…народив пять детей, она беззаботно прожила до самой революции».

В казачьей станице

Воспитанием Николая занимался дед Иосиф Фёдорович Кузнецов. В марте 1881 года он воочию видел, как в далеком Петрограде на Екатерининском канале бомбой разорвало императора Александра II. Именно дед оказал на мальчика сильнейшее жизненное влияние. Иосиф Фёдорович был зажиточным казаком, шил «залихватские» фуражки, имевшие спрос у местного населения. «Удивительный был человек мой дед. Я за свою долгую жизнь никогда не встречал человека, который бы так ценил интеллект и печатное слово», – позже вспоминал Николай.

Уже во втором классе начального училища в Клетской мальчик получил прозвище «доктор»: «В нашем старом доме, помню, забирался я в угол, где висели шубы, и наслаждался запахами йодоформа и карболки от приходившего к нам фельдшера». В 1908 году Николай поступил в Усть-Медведицкое реальное училище – единственное среднее образовательное заведение в округе. В своё время местный атаман пожелал закрыть все классические гимназии в Донской области, поскольку считал, что казакам нужны пики и шашки, а не образование. Николай закончил реальное училище с отличием. Наградой было право на поступление во все высшие учебные заведения империи.

Учёбу прервала война

Николай поступил сразу в два института: Императорский лесной им. Павла I и Петроградский политехнический им. Петра Великого. Предпочтение было отдано первому. Студентом Николай Келин становится завсегдатаем на лекциях и практических занятиях медицинского факультета. Спустя месяц после переезда в Петербург он хлопотал о своём переводе в Военно-медицинскую академию. Удача была на его стороне. Однако начало Первой мировой войны изменило намеченные планы. Известие о немецкой инвазии Николай Келин встретил словами: «Как бы эта война не окончилась раньше, чем я на неё попаду».

После знаменитого Брусиловского прорыва страна испытывала дефицит в офицерских рядах. Николай Андреевич немедленно перевелся в Константиновское артиллерийское училище, бывшее на тот момент одним из самых престижных военных заведений в царской России. В числе трёх кадетов Келин оказывается среди инженеров и судей, добровольно записавшихся на воинский курс. В конце 1916 года Николай Андреевич был удостоен офицерского чина. «Впереди маячила заманчивая будущность – тревожная, неизвестная», – вспоминал Келин.

В начале 1917 года Николай был определён в распоряжение начальника 4-й запасной артиллерийской бригады в Саратове, где формировались батальоны для дальнейшей отправки на фронт. В одно из февральских воскресений его разбудили с приказом явиться в Государственный банк на Константиновской улице. Здесь Николай принял командование над охраной при транспортировке золотого запаса Российской империи. Неподъёмные ящики грузили в вагоны для отправки в Сибирь. По свидетельству 20-летнего офицера Келина: «Чешские легионеры тот запас вывезли к себе через Владивосток. Иначе, на какие бы деньги в Праге в начале двадцатых годов был основан один из богатейших банков страны, так называемый Легиобанк. Да и ходившие к моему тестю высокопоставленные русские чехи эту версию подтверждали. Так или иначе, волею судеб я принимал в погрузке золотого запаса деятельное участие».

Тем временем Февральская революция махом «расстегнула» шинели молодых солдат. Моральные устои пошатнулись. Казалось, вчера всё было строго и подтянуто, среда отвечала вековому воинскому ритуалу. Но дисциплина пала. В Саратове формировался 3-й Особый отдельный артиллерийский дивизион, назначавшийся для отправки во Францию. Однако революция внесла поправки. В составе специального отряда Николай Андреевич направился в 12-ю армию Северного фронта, в самую активную боевую точку Первой мировой войны.

Новая власть

С приходом Октябрьской революции по всей стране официально упразднили офицерские чины. Келин остался единственным вновь переизбранным командиром артиллерийского дивизиона. В подчинении молодого казака находилось 150 человек. Однако пехота обещала взять «золотопогонника» на штыки. Верные артиллерийцы хотели ответить картечью. Дальнейшее пребывание Николая Андреевича в роли комбата грозило смертью. В сопровождение ему дали двух надежных казаков, и Келин отправился домой в сторону родного Дона. Шел январь 1918 года: «Решения в то горячее время принимались быстро и меняли судьбы людей навсегда. Жизнь не стоила стертого пятака – сегодня ты, а завтра я», – вспоминал Келин.

Дома Николай Андреевич получил известие о том, что его двоюродный брат Василий Фролов был схвачен большевиками и похоронен заживо. А кровавая резня в недалеком Серебряково закончилась чисткой сразу 70 офицерских чинов.

Продолжение в следующем номере.

Подпишитесь на нашу рассылку и присоединяйтесь к 187 остальным подписчикам.
Предыдущая статьяПервый шаг к долгой войне
Следующая статьяПисали наши коллеги

Это интересно

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя

Свежие новости

Бесплатная вакцинация от ковида для иностранцев

Все люди могут зарегистрироваться на ревакцинацию против Сovid

С сегодняшнего дня все люди могут зарегистрироваться на ревакцинацию против Сovid-19. Регистрация может быть произведена в день, когда человек может получить бустерную дозу вакцины....

Концерт Олены Уутай в Праге - Пражский ТелеграфВнимание: будет изменена дата
Концерт Олены Уутай в Праге

Наш сайт использует файлы cookies для более комфортной работы пользователя. Продолжая просмотр страниц сайта, вы соглашаетесь с использованием файлов cookies