«Я верю в непреходящие духовные ценности»

Иван Иванович Лапшин

Продолжение, начало в №13(458)

«Я жадно впитывал интереснейшие для себя вещи», – писал ещё будучи молодым выдающийся философ Иван Лапшин.

Лапшин, в частности, разделял идеи выдающегося филолога ХIХ столетия Александра Веселовского. Ему нравилась мысль о том, что литературный процесс как таковой должен изучаться не только филологами, но и представителями философии, психологии, эстетики. Многогранность этих подходов проявилась в последующих исследованиях самого Лапшина.

Подобно Веселовскому проблема художественного творчества становится одной из центральных тем начинающего философа. Лапшин рассматривал её с точки зрения логики, эстетики, психологии, истории, социологии, вырабатывая собственную теорию творчества.

Блестящие учителя

Говоря о самом процессе творчества в концепции Лапшина, историк Светлана Скороходова отмечала: «Творческий процесс характеризуется как «смутно-сознательный», сочетающий в себе преднамеренность и стихийность, подражание, «кризис сомнений» и новаторство, а научное творчество – как «комбинирование мыслей» посредством образов, символов. Учёный должен обладать «внутренним зрением» художника, способностью интеллектуального перевоплощения, творческой фантазией, научным воображением».

В университетские годы центральным наставником и учителем для Лапшина был Александр Введенский – не только талантливый философ, но и опытный преподаватель. В числе его учеников были такие имена, как Пётр Струве, Николай Лосский, Михаил Бахтин. Один из студентов, И. Геллер, как-то написал: «Введенский был не только учителем идеала, но и учителем в идеале: он воспитывал других непосредственным действием своей личности, являясь для своих учеников живым примером, человеческим идеалом, обаяние которого нисколько не ослаблялось, а скорее даже «оживлялось» эмпирически неизбежными слабостями и несовершенствами».

Иван Иванович разделял веру своего учителя в блестящее будущее русской философии, в её «преобразовательную роль». В статье «О психологическом изучении метафизических иллюзий» он писал: «Теперь, когда («ещё так недавно») в России с философской мысли спали тяжёлые оковы и где интерес к философии принял столь значительные размеры, надо, чтобы философия ума стала также его патологией и терапией».

Уставал от всего, кроме музыки

Успешно сдав экзамены в 1895 году, Лапшин остался при кафедре в качестве магистранта. В 1896 году, будучи на стажировке в Англии, Лапшин опубликовал перевод книги американского философа Уильяма Джеймса «Основы психологии». В следующем году учёный был переведён в должность приват-доцента Петербургского университета. Началась активная преподавательская деятельность Лапшина, которая забирала немало сил и времени. «Проэкзаменовав 900 человек и прочитав несметное количество лекций, я чувствую буддийское равнодушие ко всему на свете (кроме музыки!)», – записал учёный.

21 мая 1907 года состоялась долгожданная защита диссертации Ивана Ивановича по теме «Законы мышления и формы познания». Крупнейшая работа подготавливалась в течение 10 лет. Ввиду «особо выдающихся достоинств этого труда», минуя магистерскую, Лапшину была присвоена сразу докторская степень по философии. В 1913 году его ожидало звание экстраординарного профессора Петербургского университета.

Тяжёлые дни наступили в 1917 году. Жилось всё более голодно, отопление в домах зачастую не работало. Непостоянные лекции проходили то в рабочих клубах, то на заводах. С 1918 года Лапшин был приглашён в Институт истории искусств для чтения лекций по эстетике. Здесь он испытал духовно-родственный глоток воздуха.

На посту экстраординарного профессора Лапшин пробыл до 1922 года, когда судьбы многих выдающихся учёных были навсегда перемешаны. На допросе Лапшин подтвердил свою беспартийность и полную аполитичность. Но заведомо составленные списки «философского рейса» корректировке не подлежали. Не помогла и поддержка со стороны научного сообщества.

Не принял и не смирился

Официальный приговор гласил: «С момента октябрьского переворота и до настоящего времени он не только не мирился с существующей в России в течение 5 лет рабоче-крестьянской властью, но ни на один момент не прекращал своей антисоветской деятельности, причём в момент внешних затруднений РСФСР он свою контрреволюционную деятельность усиливал». Утром 16 ноября Лапшин вместе с Николаем Лосским, Петром Карсавиным и другими видными учеными на пароходе «Пруссия» отправился в изгнание.

До переезда в Чехословакию Иван Лапшин уже имел за плечами солидное учёное прошлое. К этому времени он был автором около 10 трудов по философии и психологии. Современники отмечали феноменальную память ученого. Василий Зеньковский вспоминал: «Потребность приводить чужие наблюдения и цитировать самых различных авторов соответствует идеям Лапшина о наукообразности философии». Большинство этих цитат зачастую приводились учёным по память, что во многом усложняло процесс исследования его творчества. В 1914 и 1917 годах Иван Иванович передал в дар Петербургскому университету около 1100 книжных томов из личной библиотеки.

Подпишитесь на нашу рассылку и присоединяйтесь к 184 остальным подписчикам.
Предыдущая статьяМашина времени
Следующая статьяПогода на 11-12 апреля

Это интересно

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя

Свежие новости

«Транснефть» сообщила об оплате Чехией транзита российской нефти через Украину

Агентство Reuters со ссылкой на словацкий комбинат Slovnaft сообщило, один из европейских банков пересмотрел заблокированный платеж за транзит нефти через Украину и в конце...

ШАХМАТНЫЙ ТУРНИР: КАРЯКИН VS. НАВАРА - Пражский Телеграф Внимание: будет изменена дата
Шахматный турнир:
Карякин Vs. Навара

Наш сайт использует файлы cookies для более комфортной работы пользователя. Продолжая просмотр страниц сайта, вы соглашаетесь с использованием файлов cookies