Галынина

Я родилась в 1937 году в небольшом городке Ленинске, в пятидесяти километрах от Сталинграда — Волгограда. Мои родители были членами компартии и активными общественниками.

Родители были посланы лично С. М. Кировым из Ленинграда в Сталинградскую область поднимать сельское хозяйство и помогать местным властям в различных вопросах организации новой жизни. Папа там работал начальником МТС (машинно-тракторная станция) и секретарём горкома комсомола. Мама работала в соседнем совхозе и вместе с местными медиками ездила по области, помогала бороться с трахомой, поразившей большое количество детей.

Враги народа

В то время органы госбезопасности должны были найти определённое количество врагов народа, предъявляя надуманные причины. И мои родители попали в этот список… Хорошо, что они были очень дружелюбными людьми, имели много друзей, и их предупредили о том, что ночью за ними придут. Поэтому они быстро собрались и сбежали в Сталинград. Там они устроились на работу. Мама – в горисполком, в отдел кадров. В это время она заканчивала заочно педагогический институт, исторический факультет. Папа был заместителем начальника строительной организации. Мой брат (родной по маме) Владимир Халмэ учился в школе. Он был на 12 лет старше меня и всегда возмущался тому, что меня баловали. Бабушка – мамина мама – Генриха Ваухконен (мастерица на все руки) была на хозяйстве. Родители получили квартиру в финском доме, который был расположен по улице Степана Разина и стоял на самом берегу Волги. За забором начинался берег, и я с соседскими детьми часто смотрели через щели забора на проходящие пароходы.

Война

День рождения моей мамы был 22 июня. И накануне мы ждали гостей, которых в доме встречали довольно часто. В то время было принято, чтобы при гостях выступали дети. Я очень любила петь и рассказывать длинные стихотворения. К сожалению, не помню, кто меня учил. Однако, хорошо помню, что бабушка всегда потихонечку напевала. Она имела приятный нежный голос. Очевидно, именно от неё я унаследовала любовь к пению и потом была солисткой хора и в школе, и в институте. Это маленькое лирическое отступление необходимо для того, чтобы понять, какой несчастной я была в день 22 июня 1941 года, когда мама и бабушка мне сказали, что гостей не будет, а значит отменялось моё выступление.

Слово «война», часто звучавшее в доме, я не понимала. Но вскоре не стало дома отца: его призвали в армию. Мама, как потом мне рассказывали, была откомандирована организовывать полевые госпитали на берегу Волги.

В 1942 году было много беженцев из Украины (это я узнала позже). А вот большое количество людей, расположившихся на берегу Волги, помню отлично. Люди были необычно одеты, мне очень нравились их расшитые кофточки и удивительной была их речь. Бабушка что-то готовила, и я вместе с соседскими детьми (они был постарше) носила эту еду беженцам.

Вскоре мы (бабушка, брат и двое сверстников брата – дети наших близких знакомых и я) на грузовой машине, а потом на пароме переправились за Волгу и остановились у знакомых в Ленинске – семье Степановых. Конечно, как потом рассказывала мама, мы ничего не платили за постой. Хозяйка, к сожалению, забыла её имя, была учительницей, и у неё ещё квартировали и итальянские дети. Мы дружили, вместе играли, учили друг друга родным языкам, я – русскому и финскому, так как с  бабушкой говорила по-фински.

Кусочек сахара

Однажды хозяйка отвела нас в госпиталь, где мы выступили с гимнастическим номером «Пирамиды». После выступления раненые дали нам по кусочку сахара. Он был твёрдым, голубоватым… И за этот сахар мы готовы были ходить в госпитали часто.

Принеся сахар домой, я предупреждала бабушку и брата: «Не кусайте, только лижите». Хорошо помню, как мы с бабушкой ходили на окраину Ленинска и в поле бегали за гонимым ветром, большим шаром из сухой травы «перекати поле», как мы собирали коровьи лепёшки для топки печки. Брат и его друг, живший тогда с нами, работали на элеваторе подсолнечника и приносили в карманах семечки. И очень часто это было нашей едой. Хорошо помню, что у меня часто болел живот. Видимо, от такой еды. Вскоре в одной из машин с ранеными приехала мама. Она получила карточки, и мы стали питаться немного лучше.

Отчётливо помню, как мы с бабушкой провожали брата на фронт. Так как он был фином, его взяли в трудовую армию в Челябинск, где он до 1946 года работал под присмотром охраны. Когда брат вернулся, я его не узнала: обросший, в плохой одежде и злой на весь мир. Вскоре брат поступил и закончил педагогический институт по специальности – физик. Как ни уговаривали его родители  вступить в партию, он не соглашался, так как обида поселилась в его душе навсегда.

Закончилась Сталинградская битва

Хочу вернутся к событиям 1943 года. Когда закончилась Сталинградская битва, раненого в ногу отца откомандировали в Сталинград, где он ждал нас. В памяти – паром, где было так много народа, что трудно было передвигаться. Приехав в Сталинград, мы поднялись по крутому берегу к месту нашего дома… И увидели чёрное ровное место, а из земли торчала часть бабушкиной швейной машинки с надписью «Зингер». (Слово немецкое, и я ненавидела его. Мы тогда не любили всё, что было связано с Германией и немцами). Я стала искать кусочки разбитой посуды. И если находилась часть тарелки или чашки, где был рисунок, это была радость, это были наши игрушки.

В самом начале мы жили в развалинах. Сохранился один подъезд из трёхэтажного дома, и только в нескольких квартирах могли жить люди. Но находиться там было очень опасно. Я даже помню, что лестница пошатывалась, и меня всегда предупреждали об опасности. Помню, как мы всей семьёй и какими-то знакомыми ходили выбирать более-менее сохранившиеся стены дома, который можно было отремонтировать и жить. Нашли такую развалину на Ковровской улице, даже номер сохранился – 42. К зиме отец с друзьями и сотрудниками отремонтировали дом. И мы переехали туда и жили до 1951 года.

Насмотрелась я на пленных немцев, работавших в городе. Папа рассказывал, что многие просили их застрелить. В городе было много мест, где был смердящий, тлетворный запах от разлагавшихся трупов наших и немецких военных. Мама, как и другие женщины, после работы и по воскресеньям ходила убирать трупы, их грузили на подводы, запряжённые верблюдами.

Играли в войну

Вернусь немного назад. С 1944-го по 1946 год мы играли только в войну. И лишь дома вечером играли с куклами, сшитыми родителями. У меня была команда из семи человек, и младше меня, и старше, но я почему-то была маршалом Рокоссовским. Может потому, что имела  папину портупею, кобуру от нагана, звезду на ушанке и деревянный пистолет, искусно сделанный бабушкой. Не исключаю тот факт, что  всегда любила что-то организовывать, не скрою, и покомандовать  нравилось… Кстати, до сих пор я чту имя своего кумира и героя. Приезжая в Волгоград, всегда возлагаю цветы к памятнику маршала Рокоссовского.

Наш игрушечный штаб был в блиндаже, который был расположен за нашим двором. Мы накрыли блиндаж листами железа, сделали нечто подобное телефона, и я докладывала, отдавая честь: «Товарищ Сталин, всех немцев побили». А немцами была высокая сухая трава, которую мы уничтожали палками-ружьями. Любили петь песню «По долинам и по взгорьям шла дивизия вперёд, чтобы с боя взять Приморье — белой армии оплот».

Никогда не забуду трагический случай. В нашей группе были двое мальчишек с соседней улицы. Однажды, когда вся наша команда была в блиндаже, мы услышали страшный грохот… Потом крики и плач взрослых, выбежавших из нашего двора. Оказалось, что мальчишки, которые в тот день не пришли в блиндаж, нашли какую-то игрушку, которые ранее разбрасывали немцы, спрятались в большой воронке неподалеку от нас и, разбирая её, взорвались. Раны были смертельны. На второй день нас усадили на скамеечке около большой печки во дворе, надели косыночки, и мы поминали наших погибших друзей. Это были первые похороны в моей жизни, которые оставили след на всю жизнь. Потом ещё долгие годы мы слышали, что то тут, то там, особенно в местах жестоких сражений, подрывались на минах любопытные мальчишки.

День Победы

Теперь одно из важнейших воспоминаний. Когда Левитан объявил о победе над фашистами и окончании войны, мы, дети из Ворошиловского района, побежали в центр Сталинграда на площадь Павших борцов на салют. Отмечу, тогда родители не волновались за безопасность детей, мы свободно бегали по району, где хотели.
Всюду были радостные, ликующие люди, гармошки, танцы. А мы бегали между взрослыми и подбирали металлические цветные кругляшки, падающие из выпущенных ракет. Какое счастье: снова новая игрушка! А вечером в доме был праздник, на который собрались соседи, песни, танцы. С тех пор я каждый год с родными и друзьями отмечала великий праздник – День Победы.

Интересно, как дети реагируют на жизненные обстоятельства. Когда стала налаживаться мирная жизнь, мы перестали играть в войну, а стали играть в дочки- матери. Украшали свои «квартиры», соревновались, у кого красивее, старались из дома принести вазы и другие вещи.

Я могла бы вспоминать и вспоминать, что часто делаю по ночам: о школе, куда к нам приходили солдаты и офицеры, рассказывали об эпизодах своих военных лет; о своих друзьях, которые до сей поры, когда мы уже воспитываем не только внуков, но и правнуков, сохранили лучшие человеческие качества: преданность к Родине, друзьям, чувство патриотизма. Хочу сказать, что немало моих друзей, российских соотечественников, питают чувство преданности к России, к своей малой Родине, к землякам и уважение к чешским друзьям. Достаточно сказать, что когда 4 года назад мы, члены  «Остравского русского дома», обратились к чешским общественным организациям принять участие в шествии Бессмертного полка. Откликнулись более ста чехов. И все эти годы «Чешско-русское общество», «Общество борцов за свободу», «Клуб чешского пограничья» и др. принимают самое активное участие в организации шествия по Остраве Бессмертного полка с портретами родных, с чешскими и советскими героями.

Хочется добавить, что все братья отца защищали Родину и Европу. Младший, Семён, воевал под Сталинградом, был ранен в ногу и всю жизнь с трудом передвигался, был инвалидом. Средний, Павел, дошёл до Берлина, а старший — полковник, воевал на Украине, и по окончании войны был комендантом в Белгород-Днестровском. Все братья моего отца имели правительственные награды.

Не будем унывать!

В этом году группа чехов и российских соотечественников в составе 20 человек, организованная Чешско-русским обществом, собралась ехать в Волгоград-Сталинград на празднование Дня Победы. Нас очень ждали друзья-члены общества «Друзья Чешской республике в Волгограде». Но, к несчастью, наши планы рухнули из-за коронавируса. Ну что ж, будем переписываться, говорить по скайпу, посылать поздравления, хоть и виртуально, но всё же вместе. Унывать не будем, будем осторожными, послушными и оптимистичными.

Здесь, в Остраве, члены Остравского русского дома шьют маски для домов престарелых, подготовили для них более ста открыток к Пасхе, готовим поздравления к 75-летию Победы. Мы и в своих подъездах вывешиваем поздравления с праздниками и Пасхи, и Дня Победы.

Тамара Яковлевна Галынина, заместитель председателя Остравского русского дома

#prazhskijtelegraf #пражскийтелеграф #новостичехии #novinki #praha #медиачехии #бессмертныйполкчехия

Подпишитесь на нашу рассылку и присоединяйтесь к 125 остальным подписчикам.
Производитель спецкабелей Kabex - Пражский Телеграф data-lazy-src=
Предыдущая статьяПуть есть всегда
Следующая статьяКак организовать дома рабочий процесс

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите Ваш Комментарий
Введите Ваше Имя